Миссис Помпадей внимательно разглядывала рисунок.

— Он был вместе с набором для рисования, как образец? — спросила она. Повернулась к окну, держа листок перед глазами. — Как же это? Джеймс! О Господи! Ты это сам нарисовал? Не верю своим глазам! Это потрясающе!

Марвин из-под копилки наблюдал за Джеймсом. Тревога, удивление, нескрываемая радость поочередно отразились на лице мальчика. Еще бы — оказывается, мама в восторге от рисунка.

— Джеймс, я и понятия не имела, что ты так рисуешь! — Уильям потянулся за листком, но миссис Помпадей подняла его повыше, чтобы малыш не достал. — Нет, Уильям, нельзя.

Она держала рисунок на вытянутой руке и внимательно его разглядывала.

— Не понимаю, почему школьный учитель рисования ничего мне не говорил. У тебя редкий талант, дорогой!

Марвин видел — Джеймс открыл было рот, чтобы возразить, но нерешительно закрыл. Миссис Помпадей никак не могла остановиться:

— Это изумительно, вот что я тебе скажу. Как тонко переданы все детали! Надо Бобу показать.

Она несколько раз позвала мужа. Наконец он явился, завязывая галстук на ходу.

— Ну? О чем шум?

— Посмотри, Боб, какую чудесную картину нарисовал Джеймс!

Мистер Помпадей взял в руки листок и хмыкнул.

— Не мог Джеймс такого нарисовать! Это больше похоже на музейную вещь, знаешь, на старую гравюру.

— Знаю, знаю, — согласилась миссис Помпадей. — Я и сама так сперва подумала. Но, взгляни, это же вид из окна. Вот где новый набор для рисования пригодился.

Мистер Помпадей взял листок и подошел к окну. Выглянул на улицу, потом опять внимательно посмотрел на рисунок.

— Ха! Ты права, — он недоверчиво покосился на Джеймса и проворчал: — Откуда у тебя этот набор для рисования?

— Папа подарил, — Джеймс упорно смотрел вниз. — На день рождения.

— Это правда, Карл заходил вчера, — подхватила миссис Помпадей. — Притащил Джеймсу ручку и чернила. Я была не в восторге, зачем одиннадцатилетнему мальчику чернила? Только клякс насажает. Честное слово, я глазам своим не верю. Никогда не думала, что у него талант к рисованию!

Марвин весь дрожал.

— Конечно, его отец художник, — продолжала миссис Помпадей. — Джеймс мог унаследовать от него кое-какие способности, но такое…

— Карл! — фыркнул мистер Помпадей. — Этому мазиле в жизни так не нарисовать.

— Рисунок — настоящее чудо! Мне не терпится показать его Мортонам. Они вечно покупают на аукционе Сотбис какие-то странные маленькие эскизы за безумные деньги. Посмотрим, что они скажут, когда увидят рисунок моего сына.

Миссис Помпадей погладила Джеймса по плечу, а Уильям, улучив момент, вцепился брату в волосы. Неуверенно улыбаясь, Джеймс отвел его руку.

— Мам, мне надо одеться. Нам же в церковь пора?

— Посмотрите на часы! — воскликнул мистер Помпадей. — Поторапливайся, Джеймс! Через двадцать минут выходим.

Он перехватил Уильяма у жены и протопал в коридор.

Миссис Помпадей двинулась за ним, по-прежнему с рисунком в руках. Джеймс тронул ее за рукав:

— Мам, оставь мою картинку, пусть лежит тут, вместе с рисовальным набором.

— Да? Ну ладно. Я просто хотела кое-кому показать твой рисунок. Он в самом деле очень хорош! — Она с сожалением положила листок на стол. — Будь аккуратен, не пролей ничего. Может, ты еще днем порисуешь?

Джеймс виновато покосился на Марвина.

— Не знаю, мама… постараюсь. Наверно, времени не будет — днем ведь папа придет.

— Ума не приложу, где ты вчера-то нашел время — праздник и всякое такое, — она тепло улыбнулась сыну. — Просто не верится, что ты так рисуешь. Подумать только, если бы не папин подарок, мы бы так и не открыли твой поразительный талант!

Стуча каблуками, миссис Помпадей вышла из комнаты. Ее похвала почему-то напомнила Марвину о его собственной Маме. Она, наверно, страшно волнуется! Его же не было дома всю ночь, и родители понятия не имеют, куда он делся. Путь был свободен. Марвин поспешно пересек стол и спустился по деревянной ножке на пол.