— Слушай, знаешь что? Ползи на кончик пальца, только когда я доберусь до нужного места. Тогда я смогу доставить тебя прямо домой!

Джеймс присел на корточки.

— У нас получится игра в горячо-холодно.

Марвин пришел в восторг. До чего же Джеймс умный! Он покрепче уселся на сгибе пальца. Мальчик двинулся по коридору, время от времени останавливаясь и наблюдая за реакцией Марвина. Жук держался крепко.

Джеймс заглянул в ванную, сунул нос в родительскую спальню. Только не сюда! — подумал Марвин. Он терпеть не мог мистера и миссис Помпадей и совершенно не желал их лишний раз видеть. И так тошно от их постоянных ссор и перебранок.

— Эй, — шепнул Джеймс. — Тебе понятно? А то ты что-то застрял на одном месте. Если я иду не туда,ползи к ладони, ладно?

Марвин тут же пополз в указанном направлении.

Джеймс даже рассмеялся от радости.

— Это ты, Джеймс? Что тебя рассмешило? — Миссис Помпадей выглянула из кухни.

Джеймс резко опустил руку. Марвину пришлось изо всех сил вцепиться в палец.

— Да так, ничего. Увидел кое-что смешное.

— Тут, в коридоре? — миссис Помпадей смотрела подозрительно. — Надеюсь, ты не над моей Апсарой смеешься?

Она подошла к столику в коридоре и взяла в руки деревянную статуэтку ручной работы, изображающую обнаженную индийскую танцовщицу.

— Я заметила, что твои друзья на дне рождения над ней смеялись, но ты, надеюсь, уже достаточно повзрослел. Женское тело прекрасно, Джеймс.

Джеймс поежился.

— Я не над ней, мамочка.

— Вот и хорошо. Ты у нас теперь художник! Должен ценить искусство других народов… Даже дурацкие эскимосские резные фигурки, с которыми твой отец вечно носится. Знаешь, я как подумаю, что твои прелестные рисунки могут появиться в каком-нибудь салоне, — просто мурашки по коже.

Она нагнулась и поцеловала Джеймса в макушку.

Джеймс смутился и спрятал руку за спину, прикрывая жука.

— Скоро ужин? — ему хотелось поскорее сменить тему.

— Минут через двадцать.

Миссис Помпадей вернулась на кухню, а Джеймс побрел в гостиную.

— Почти все комнаты обошли, малыш. Может, тут?

Он остановился прямо посреди восточного ковра. Марвин замер у него на пальце.

— Видел папину картину? С лошадью? — спросил Джеймс чуть слышно. — Правда, здорово?

Он подошел поближе, встал коленками на диван, чтобы было лучше видно. Марвин тоже подался вперед, балансируя на задних ножках. Прекрасная, сильная картина. Бьющий в глаза сочный синий цвет. Конечно, так сразу не догадаешься, что на картине лошадь, но когда знаешь, что это именно лошадь — ничего другого уже не увидишь.

Джеймс посмотрел вниз, на Марвина.

— Думаешь, я когда-нибудь смогу написать такую картину? Наверно, нет. — Мальчик тяжело вздохнул. — Я даже рисовать не умею. Это ты у нас художник.

Марвин сочувственно смотрел на друга.

— Зато без моих чернил ничего бы не вышло! — Джеймс внезапно развеселился. — Значит, тебе тоже необходима моя помощь. А красками бы у тебя получилось? Вряд ли. Такую громадную картину тебе точно не написать. Это же займет годы! Давай лучше держаться малого размера.

Оказывается, с Джеймсом можно вести разговор, не говоря ни слова. У жуков тоже так бывает: один все время говорит, другой молчит… Но Джеймс, похоже, и слушать умеет — говорит то за себя, то за Марвина. Будто мысли читает.

— Так, теперь в столовую. — Джеймс медленно прошел через арку. Марвин не шелохнулся. — Вряд ли ты живешь у Уильяма в детской. Знаешь, Уильям однажды проглотил божью коровку. Не веришь? Подобрал с пола и сунул прямо в рот. Мама чуть с ума не сошла.

Марвин пришел в ужас, а Джеймс продолжал, как ни в чем не бывало:

— Ладно, пошли на кухню, но осторожно — все уже, наверно, там.

Как только они повернули к кухне, Марвин перелез обратно на сгиб пальца.

— Ага, теплее! — ухмыльнулся Джеймс и на цыпочках вошел в кухню.

Миссис Помпадей хлопотала у плиты, помешивая что-то металлической ложкой. Марвин дополз до самого кончика пальца. Джеймс торопливо нагнулся и опустил его на плиточный пол недалеко от мойки.

Спасибо, отлично доехали — просто и быстро!Довольный Марвин юркнул в темноту.

— Джеймс! Как ты меня напугал! — воскликнула миссис Помпадей. — Я чуть не упала. Зачем ты сел на пол?

— Да вот, шнурок развязался, — пробормотал Джеймс.

Марвин уже исчез под раковиной.