«Хоуп Вивер рассказывает всем: „Нелегко быть королевой тинейджеров“. Руководство для всех девчонок школы, как заполучить парня (когда вокруг нет таковых, а дворник выглядит таким душкой). С ума схожу по ткани в клетку: 101 способ, как добиться, чтобы шотландка стала обязательной формой одежды.

Правда, что девушки из штата Нью-Джерси самые лучшие в мире? Прими участие в нашей викторине!!!»

Я смеялась до упада.

Я не могла позволить маме узнать, что уже купила подарки к Рождеству. Это бы разбило ее и без того слабое сердце. Поэтому провела шестьдесят минут в кафе, поедая пирожные и запивая их колой, чтобы потом, когда мы снова соединимся, у нас было бы время начать поиски антибального платья. Мне необходимо насытить организм глюкозой, чтобы хватило энергии на его поиски.

Я знаю, как настоящая американская девочка-подросток, мне следовало бы испытывать глубокое волнение при мысли, что мама собирается купить мне подарок получше, чем крошечный флакончик «Шанель № 5», который мы с папой подарили ей утром. Ну все-таки ходить за покупками — это так невыносимо.

— О, вот то, что надо! — сказала мама восторженно, ставя свои сумки с покупками, для того чтобы она могла пощупать ворс темно-бордового бархата. — Ты прекрасно будешь в этом выглядеть.

— Мама, ты не поняла, — сказала я. — Предполагается, что это должно быть антибальное платье. Анти обозначает что-то, что я не могла бы надеть на бал.

— Хорошо, — совершенно спокойно согласилась она. — И каким же оно должно быть?

— Во всяком случае, не напоминать что-либо из «Отдела бальных платьев для старшеклассников» в универмаге «Мейси».

Я потащила ее в «Делию», в которой продается слишком модная для меня одежда, но где я могу обычно найти что-нибудь клевое для своего совершенно плоского тела. После того как я отвергла дюжину платьев, которые были по вкусу моей маме, она в конце концов вытащила платье, на которое я могла бы согласиться. Оно было сшито из серовато-синего вельвета в рубчик, спортивного покроя, с молнией впереди. Круто, но не очень. Я примерила его, и мне очень понравилось свое отражение в зеркале. Настолько, что я вышла из примерочной и показалась маме. Большая ошибка.

— В этом платье ты по-настоящему оправдываешь свою фамилию, — сказала она, переполненная материнской гордостью. — Ты такая в нем милая.

Милая. Раз я выгляжу в нем такой милой, значит, это не я. И вот тогда меня осенило: я сделала свою маму счастливой в день ее рождения, потому что стала похожей на Бетани. Внезапно все это предприятие показалось таким глупым. Мне совершенно не нужна эта вещь. Мне не надо ни ради чего-либо, ни ради кого-либо выглядеть милой. Я расстегнула молнию, повесила платье на крючок, открыла дверь и сказала маме, что пора идти.

— Ты не собираешься его покупать? — Мама выглядела совершенно подавленной.

— Нет.

— Почему?

— Мне не нужно оно, мама, — сказала я.

— Ерунда, — ответила она, снимая платье с крючка. — Я куплю его тебе.

— Ну, мааааам, — я начала протестовать, вырывая платье у нее из рук, — мне некуда в нем идти.

— Тебе будет куда в нем пойти, я обещаю.

Если ей хочется до максимума снизить кредитный лимит на ее карте, то кто я такая, чтобы останавливать ее?

Наконец, обойдя четыре главных универмага и 170 маленьких специализированных магазинчиков, мы закончили с покупками.

— Совсем немного народу сегодня, — заметила мама за салатом в ресторане.

Я засунула в рот полную пригоршню жареного картофеля, чтобы не изрыгать злобу в стиле Линды Блэр.

— Держу пари, все дома готовятся к балу, — сказала мама, вонзая вилку в помидорку черри.

Стрелы из моих глаз могли бы пронзить ее сердце.

— Что? — спросила она.

— Ты можешь хотя бы две секунды помолчать и не напоминать мне об этом чертовом бале?

— Следи за языком, дорогая, — сказала она строго. — Просто не могу поверить, что ты — единственная девочка в классе, которая не смогла найти себе пару.

— Бриджит тоже не идет.

— Бриджит? — От изумления она выпрямилась в кресле. — Бриджит не нашла себе пару? А как же Берк?

— Они с Берком расстались.

— Они расстались? Когда? Почему? Как?

Моя мама живет ради такой ерунды. Это — ее день рождения, поэтому я решила бросить ей «косточку». Кроме того, я подумала, что ей следует знать, какие отвратительные мои бывшие псевдодрузья. Может, после этого она перестанет приставать ко мне, почему я больше с ними не общаюсь.

— Это все началось с того, что Мэнда занялась сексом с Берком, пока Бриджит была в Лос-Анджелесе.

И рассказала всю эту грязную историю. Когда закончила, она онемела от удивления:

— Я не верю этому.