В: Вы не боитесь смерти?

М: Я уже мертв.

В: В каком смысле?

М: Я мертв вдвойне. Мёртво не только моё тело, но и мой ум.

В: Ну, вы совсем не выглядите мёртвым!

М: Да что вы! Похоже, вы знаете моё состояние лучше меня!

В: Простите. Я просто не понимаю. Вы говорите, что у вас нет ни тела, ни ума, я же вижу вас вполне живым и разумным.

М: Неимоверно сложная работа происходит всё время в вашем мозгу и в теле, вы это осознаёте? Нет. Однако для стороннего наблюдателя всё кажется вполне разумным и целенаправленным. Почему бы не признать, что вся жизнь, составляющая личность, может растаять за порогом сознания и в то же время продолжаться разумно и гладко.

В: Это нормально?

М: А что нормально? Ваша жизнь, одержимая желаниями и страхами, полная усилий и борьбы, бессмысленная и безрадостная — нормальна? Остро сознавать своё тело — нормально? Быть разрываемым чувствами, мучимым мыслями — это нормально? Здоровое тело и здоровый ум практически не замечаются их владельцем, только иногда, через боль или страдание они требуют внимания и понимания. Почему бы не распространить то же самое на всю личность? Человек может нормально функционировать, хорошо и полно реагируя на всё происходящее, в то же время не фиксируя на этом своё внимание. Когда самоконтроль становится второй натурой, внимание перемещается на более глубокие области существования и действия.

В: Не превращаетесь ли вы в робота?

М: Что плохого в том, чтобы сделать автоматическим то, что привычно и повторяется? Оно и так автоматично. Но когда оно ещё и хаотично, возникают боль и страдание и требуют внимания. Главная цель чистой и хорошо организованной жизни в том, чтобы освободить человека от рабства хаоса и гнета печали.

В: Кажется, вам нравится запрограммированная жизнь.

М: Что плохого в жизни, в которой нет проблем? Личность — всего лишь отражение реального. Почему бы отражению не быть идентичным оригиналу само собой, автоматически? Нужны ли личности собственные планы? Её направляет жизнь, выражением которой и является личность. Когда вы поймёте, что личность — просто тень реальности, а не сама реальность, ваши раздражение и беспокойство исчезнут. Если вы согласитесь быть ведомым изнутри, ваша жизнь станет захватывающим путешествием в неизвестное.

Вопрос: Из того, что вы нам говорили, выходит, что вы не совсем сознаёте своё окружение. Но нам вы кажетесь предельно внимательным и активным. Мы не можем поверить, что ваше состояние — это некий гипнотический транс, лишённый памяти. Напротив, ваша память кажется великолепной. Как мы можем понять ваше утверждение, что для вас мир и все вещи в нём не существуют?

Махарадж: Это зависит от фокусировки. Ваш ум сфокусирован на мире, мой — на реальности. Это подобно луне в дневное время — когда светит солнце, луны не видно. Или понаблюдайте, как вы едите. Пока еда у вас во рту, вы её сознаёте, когда она проглочена, вы о ней забываете. Было бы довольно трудно помнить о ней всё время, пока она не покинет организм. Нормальный ум должен пребывать в состоянии покоя, постоянная активность — это отклонение. Вселенная действует сама по себе, я это знаю. Что ещё мне нужно знать?

В: Значит, джняни знает, что делает, только тогда, когда обращает на это свой ум, в противном случае он действует, ни о чём не заботясь?

М: Обычный человек не сознаёт своё тело как таковое. Он сознаёт свои ощущения, чувства и мысли. Но даже они покидают центр сознания и случаются спонтанно и без усилий, когда утверждается непривязанность.

В: Что тогда оказывается в центре сознания?

М: То, для чего нет ни имени, ни формы, поскольку у него нет качеств и оно за пределами сознания. Можно сказать, что это точка в сознании, которая за пределами сознания. Как дырка в бумаге находится в бумаге, но сделана не из бумаги, так и высшее состояние находится в самом центре сознания и в то же время за его пределами. Это подобно отверстию в уме, через которое ум затопляется светом. Само отверстие — ещё не свет. Это просто отверстие.

В: Отверстие — это пустота, отсутствие.

М: Совершенно верно. С точки зрения ума это просто отверстие, сквозь которое осознание входит в ментальное пространство. Сам по себе свет можно сравнить с твёрдой, как скала, плотной, однородной и неизменной массой чистого осознания, свободной от ментальных шаблонов имени и формы.

В: Есть ли какая-то связь между ментальным пространством и сферой высшего?

М: Высшее даёт существование уму. Ум даёт существование телу.

В: А что лежит за пределами?

М: Вот вам пример. Почтенный йог, мастер искусства долголетия, живущий уже более тысячи лет, приходит ко мне, чтобы научить меня своему искусству. Я искренне уважаю его и восхищаюсь его достижениями, однако могу сказать только одно: зачем мне долголетие? Я вне времени. Какой бы долгой ни была жизнь, это всего лишь миг, всего лишь сон. Я вне качеств. Они появляются и исчезают в моём свете, но не могут описать меня. Вселенная — это имена и формы, основанные на качествах и их отличиях, я же за пределами этого. Мир есть, поскольку я есть, но я не есть мир.

В: Но вы живёте в мире!

М: Так считаете вы! Я знаю, что существует мир, который включает в себя это тело и этот ум, но я не считаю их более «моими», чем любые другие тела и умы. Они существуют во времени и пространстве, я же вне времени и пространства.

В: Но поскольку всё существует в вашем свете, не являетесь ли вы творцом этого мира?

М: Я не потенциальность, не проявление и не действительность вещей. В моём свете они приходят и уходят, как пылинки, танцующие в луче солнца. Свет освещает пылинки, но не зависит от них. Неверно говорить, что он их создаёт. Нельзя даже сказать, что он их замечает.