Шрифт:
В: Но в абсолютном смысле, что есть я?
М: Абсолютный отказ от всего, что не есть вы.
В: Я не понимаю!
М: Вас ослепляет навязчивая идея о том, что вы должны быть тем-то и тем-то.
В: Как мне избавиться от этой идеи?
М: Если вы доверяете мне, поверьте, когда я говорю вам, что вы есть чистое осознание, которое озаряет сознание и его беспредельное содержание. Осознайте это и живите соответственно. Если вы не верите мне, тогда загляните вглубь, задавая себе вопрос «Кто я?», или зафиксируйте свой ум на «я есть», которое есть чистое и простое бытие.
В: От чего зависит моя вера в вас?
М: От вашей способности видеть сердца других людей. Если вы не можете заглянуть в моё сердце, загляните в своё.
В: Я не могу ни того, ни другого.
М: Очистите себя дисциплинированной и полезной жизнью. Следите за своими мыслями, чувствами, словами и действиями. Это очистит ваше видение.
В: Должен ли я отречься от всего и стать аскетом?
М: Вы не можете это сделать. Вы могли бы покинуть свой дом и доставить неприятности своей семье, но знайте, что привязанности находятся в уме и не оставят вас до тех пор, пока вы не познаете свой ум изнутри и снаружи. Начните с самого важного — познайте себя, всё остальное придёт само.
В: Но вы уже сказали мне, что я есть Высшая Реальность. Разве это не знание себя?
М: Конечно, вы есть Высшая Реальность! Но что из того? Каждая песчинка является Богом. Знание этого очень важно, но это только начало.
В: Хорошо, вы сказали, что я есть Высшая Реальность. Я верю вам. Что я должен делать дальше?
М: Я уже говорил. Понять, чем вы не являетесь. Тело, чувства, мысли, идеи, время, пространство, бытие и небытие, это или то — ничто конкретное или абстрактное, на что вы можете указать, не является вами. Но просто говорить об этом бессмысленно — вы можете без конца повторять эти слова, а результат будет по-прежнему нулевой. Вы должны постоянно наблюдать за самим собой, особенно за своим умом, каждое мгновение, ничего не упуская. Такое наблюдение необходимо для отделения «я» от «не-я».
В: Является ли наблюдение моей истинной природой?
М: Для наблюдения необходимо то, что можно наблюдать. Это всё ещё двойственность!
В: А как насчёт наблюдения наблюдателя, осознавания осознания?
М: Перестановка слов вам не поможет. Загляните внутрь себя и осознайте, чем вы не являетесь. Ничто другое не имеет значения.
11
Осознание и сознание
Вопрос: Что вы делаете, когда спите?
Махарадж: Я осознаю, что сплю.
В: Разве глубокий сон — не состояние бессознательности?
М: Да, я осознаю, что сознание отсутствует.
В: А когда вы бодрствуете или видите сны?
М: Я осознаю, что бодрствую или что вижу сны.
В: Я не улавливаю. Что именно вы хотите сказать? Я сформулирую вопрос по-другому: под глубоким сном я имею в виду бессознательность, под бодрствованием — сознание, под сновидением — сознавание своего ума, но не окружения.
М: Я имею в виду почти то же самое, с одним лишь различием. В каждом из состояний вы забываете о двух других, для меня же существует только одно состояние бытия, включающее и превосходящее три ментальных состояния бодрствования, глубокого сна и сна со сновидениями.
В: Видите ли вы в мире цель и направление?
М: Мир — это всего лишь отражение моего воображения. Я могу видеть всё, что захочу. Но зачем мне придумывать модели сотворения, эволюции и разрушения? Я в них не нуждаюсь. Мир находится во мне, мир и есть я. Я его не боюсь и не имею желания заключать его в картину ума.
В: Возвращаясь к сну. Вы видите сны?
М: Конечно.
В: Что они собой представляют?
М: Отголоски состояния бодрствования.
В: А глубокий сон?
М: Сознание мозга приостановлено.
В: Тогда вы не сознаёте?
М: Не сознаю своё окружение.
В: Не совсем бессознательны?
М: Я продолжаю осознавать, что бессознателен.