Шрифт:
В: Но я хочу быть счастливым.
М: Истинное счастье нельзя найти в вещах, которые меняются и уходят. Удовольствие и боль неумолимо сменяют друг друга. Счастье исходит из Я и может быть найдено только в Я. Найдите своё истинное Я (сварупа), и всё остальное тоже придёт.
В: Если моё истинное Я — это покой и любовь, то почему оно так беспокойно?
М: То, что беспокойно, — это не ваше истинное бытие, а его отражение в уме, которое кажется беспокойным, поскольку ум беспокоен. Это как отражение луны в воде, покрытой рябью из-за ветра. Ветер желаний поднимает рябь в уме, и «я», которое есть просто отражение Я в уме, кажется изменчивым. Но концепции движения, беспокойства, удовольствия и боли существуют только в уме. Я находится за пределами ума — осознавая, но не вовлекаясь.
В: Как его достичь?
М: Вы и есть это Я, здесь и сейчас. Оставьте ум в покое, будьте осознанны, но не вовлечённы, и вы постигнете, что быть бдительным, но незатронутым, созерцать происходящее — это одно из проявлений вашей истинной природы.
В: Каковы другие проявления?
М: Проявлений бесчисленное множество. Реализуйте одно, и вы реализуете их все.
В: Скажите мне что-нибудь, что могло бы мне помочь.
М: Вы лучше всех знаете, что вам нужно!
В: Я в смятении. Как мне обрести покой?
М: Для чего вам нужен покой?
В: Чтобы быть счастливым.
М: А сейчас вы не счастливы?
В: Нет, не счастлив.
М: Что делает вас несчастным?
В: У меня есть то, чего я не хочу, а того, что хочу, нет.
М: Почему бы вам не перевернуть это так: хотеть то, что у вас есть, и не заботиться о том, чего нет?
В: Я хочу того, что приятно, и не хочу того, что болезненно.
М: Как вы различаете, что приятно, а что нет?
В: Из прошлого опыта, конечно.
М: Ведомый памятью, вы гонитесь за удовольствиями и избегаете неприятного. У вас получается?
В: Нет, не получается. Удовольствия не длятся долго. Опять возвращается боль.
М: Какая боль?
В: Желание удовольствия и страх боли — это страдание. Существует ли чистое наслаждение?
М: Любое наслаждение, физическое или ментальное, нуждается в инструменте. Физические и ментальные инструменты материальны, они устают и изнашиваются. Удовольствие, которое они приносят, всегда ограничено по интенсивности и продолжительности. И на заднем фоне всех ваших удовольствий — боль. Вы стремитесь к ним, потому что страдаете. С другой стороны, сам поиск удовольствий становится причиной боли. Это замкнутый круг.
В: Я вижу механизм моих заблуждений, но не знаю, как мне выбраться.
М: Само исследование этого механизма укажет вам путь. В конце концов, ваши заблуждения существуют только в вашем уме, который никогда до сих пор не бунтовал и не боролся против них. Он протестовал только против боли.
В: Значит, всё, что мне остаётся, — заблуждаться?
М: Будьте внимательны. Задавайте вопросы, наблюдайте, исследуйте, изучайте заблуждения — как они возникают, что они приносят вам и другим. Прояснив природу заблуждений, вы освободитесь от них.
В: Когда я заглядываю в себя, я обнаруживаю, что моё сильнейшее желание — создать памятник, построить что-то, что переживёт меня. Я даже подумываю о доме, жене и ребёнке, потому что это продолжительное и убедительное свидетельство меня.
М: Правильно, возведите себе памятник. Как вы собираетесь это сделать?
В: Не важно, что я построю, главное, чтобы это осталось надолго.
М: Несомненно, вы понимаете, что ничто не вечно. Всё изнашивается, разрушается, разваливается. Сама земля, на которой вы строите, разрушается. Что такое вы можете построить, что переживёт всё?
В: На интеллектуальном уровне, на словах, я понимаю, что всё мимолётно. Однако моё сердце почему-то хочет постоянства. Я хочу создать что-то, что сохранится.
М: Тогда вам надо сделать это из чего-то долговечного. Что из того, что вы имеете, долговечно? Ни тело, ни ум не вечны. Ищите в другом месте.
В: Я жажду постоянства, но не нахожу его нигде.
М: А разве вы сами не постоянны?
В: Я был рождён, я должен умереть.