– Кто ж ты таков будешь?
– Это уже мне, да не в пол-оборота - и рука на сабельной рукояти. Ну, да у меня ответ уж с полчаса как готов.

– Олег, Тимофеев сын. По весне наскочили такие же под Смоленск, и я один остался. Ищу вот, где кузнец надобен, или подмастерье.

Как, чесслово, удобно иметь дело с местными, несмотря на бороды и, к примеру, боярскую важность. Глаза чуть сыграли пошире, затем сузились, рука с сабли на пояс метнулась...
– Да брешешь, никак? С весны кузнецу места не найти?

– Да вот четвертый день, боярин, как я в разум пришел. До того только и помню, что пепелище вместо дома, да какие-то куски, то лес, то деревня, то опять лес. Не зря говорят, правду говорить легко. И верно, первое воспоминание - сожженная кузница, изба неподалеку... была - и вытаскиваю я оттуда такое... кто горелых видел, поймет. Похоже, чем-то кузнец налетчиков сильно разозлил.

– Ищущий да обрящет... в город, никак, пристроиться хочешь?
– Куда мне в город, там своих, небось хватает. Осесть бы при деревне, если повезет, так при пути торговом - и помещику, и миру польза.

Дальше пошел нормальный торг. У Семёна Андреича оказалось поместье на юг от Тулы, "дня два верхом". Свежее - только третий год как ввозную грамоту получил. Понятно, хотелось с него поиметь доход поболее. А кузнец даже не в поместье - в селе, это верная примета, к деньгам. Вернее, чем копейки по углам кидать.

Мне тоже, собственно, надо где-то оседать. Почему бы и не вот у этого конкретного помещика? Единственное, от того, чтобы в дворовые пойти, отказался. Олегова память с моей ещё конфликтуют, но уж понять, что в таком случае маячат проблемы при попытке стронуться с места, я смог. Сговорились на варианте вольного специалиста - арендатора. То есть, боярин нарезает мне кусок земли, позволяет брать лес на постройки, а потом и на уголь, а взамен получает ежегодную, и немалую плату. Ну и моё искреннее уважение. О размере платы решили сговориться, как на место приедем. Мол, поглядим какой участок он выделить соизволит, а я возьмусь обработать. Пока же двинулись в сторону на соединение с дружбанами боярина, назначенное, как я понял, где-то рядом. Семена Андреевича перспектива наткнуться на более крупную банду не радовала.

Едем, значит, с Агафием общаемся. Что-то боярин ему пробурчал негромко, когда отваливали с места происшествия. Сам поехал впереди, а Агафий - рядом с моей телегой, в арьергарде. То есть, сначала-то я у его стремени назад добежал, до телеги. А потом уже влился в эту самую колонну защитников и недопустителей, в хвост. Телега оказалась цела - да и что ей сделается, коли боярин оставлял там двоих вполне надежных холопов. Может, и хотел он целиком её заиграть, вместе с татарскми лошадками - ан у меня осталась. Причина понятна - нашел кузнеца себе в деревню, так не надо его обдирать - иначе на что кузницу ставить? Мне, вообще надо бы в Тулу съездить - трофеи продать, да и прикупить для кузни нужно многое, и быстро всё это можно сделать только в городе. Ладно, там поглядим.

Как ни странно, остаток пути до места сбора проскочили без приключений. Буднично выкатились на здоровенную поляну, на которой уже расположилось лагерем примерно с полсотни человек. Столь же буднично опознались с дозором, минут на пятнадцать раньше. Такие же, как и у "моего" боярина, боевые холопы. Нормальная, в смысле стальная броня не у всех - земли здесь только-только боярам нарезали, а службу конно, людно и оружно требуют сейчас. Вот и обряжают "рядовых" кто в тегиляи, кто в куяки. Кстати, и "боярин" - не более, чем вежливое обращение. Обычные тульские посадские это, в основном.

Только-только начал косопузика из телеги выпрягать - забегали вокруг встревожено. Доспехи надевают,... (дописать эпизод)

Доехали, слава аллаху, нормально. И то сказать, не писал бы я сейчас эти мемуары, наскочи на нас какие-нибудь татарские недобитки. Леса конечно, вокруг, но уж телегу я потерял бы наверняка - да и жизнь тоже. Процентов девяносто даю - выскочи на нас сейчас десятка полтора даже новиков...

Усадьба, честно говоря, не впечатляла. Дом с тыном и "службами и складами", да деревенька при нем. Даже, скорее усадьба при деревне, чтобы в лихое время схорониться, с крестьянской точки зрения. Крепостца невелика, стены - тын, правда, высокий, роста в два моих новых, и с помостами. Внутри, как я уже говорил, боярское хозяйство и, как ни странно для меня, общинные припасы. Ладно, странно или нет, а мир похоже, живет с боярином в добром согласии. Иначе хрен бы кто согласился "страховой запас" держать в этой самой крепостце.

Въехали... боярина, понятно, встречает семейство - маманя, да две сестры - одна совсем мелкая, другая лет двенадцати. Семён Андреевичу, кстати, дополнительная морока - надо и приданое собрать, и замуж выдать - хорошо выдать, а не за какого там хрена с бугра. Я пока осматриваюсь. Вот ярыга подбежал, вот раненых в дом понесли, а вот и моя очередь настала.
– Тимоха, кузнеца я привел, обиходь его пока, да его добычу отдельно сложи. Отлепляюсь от телеги, подхожу - но кланяться не спешу. У советских собственная гордость, вот.