– Прими груз, трейлер, – сказал «краб» грузовозу, когда они подтащили раненного дрона.

– Сам ты «трейлер», – обиделся тот. – Вы тут в игры играть будете, а я развози потом ваши трупы. Знали бы, сколько я таких перетаскал, не острил бы.

– Ладно, не ворчи, шуток не понимаешь?

– Вам бы всё шутки шутить, – мрачно буркнул Казимир.

Алекс с «крабом» закинули бедолагу в небольшой кузов грузовика, где уже лежало много всякой всячины, необходимой в дороге – ремкомплект с инструментами, запасные траки, бензиновый генератор электрозарядки и много всего такого, что берёт с собой в дорогу всякий, уважающий себя, дальнобойщик.

Инцидент был исчерпан: пулемёт больше не стрелял, из леса никто не вываливался. И «мангуст» дал команду трогать дальше. На предложение сбегать посмотреть, что там и как, ответил кратко – «не царское это дело». На том и успокоились.

Однако, проходя мимо Алекса, на своё место в колонне, он недобро и хмуро покачал головой, но ничего не сказал, а только махнул рукой, и колонна, взревев движками, продолжила свой монотонный рух.

Алекс, пристроившись сбоку от грузовоза, вознамерился, было, продолжить свои неспешные, мысленные рассуждения. Но, растревоженный происшествием Казимир, принялся невнятно ворчать и бурчать об «этих психах, что лезут везде, где ни попадя, курочат технику, тратят нервы и вообще... какой идиот придумал эту заморочку с дронами и Островом? ...вон, есть Полигоны, тусуйся там с девахами... и нечего лезть в это гиблое место... стреляют бу-бу... взрывают бу-бу-бу... убивают бу-бу и бу-бу... придурки...»

Алекс, долго и молча, слушал, а затем не выдержал и спросил:

­– Ну, а сам-то ты, Казимир, зачем здесь находишься? Шел бы на Полигон, там, я знаю, тоже грузовики нужны. Или охранники.

– «Сам-то, сам-то», – передразнил его тот мерзким голосом. – Много ты понимаешь в жизни. Я, между прочим, хорошим дальнобойщиком был в реале. Жена, дети, всё путём. Пока в аварию не попал. Сейчас вот сижу тут, за компом без ног... Да, если бы не Остров, так бы и сидел на шее у семьи, дармоедом. А тут и деньги неплохие, и работа интересная, и в семье порядок. И общение с вами олухами, тоже много значит. Только хлопот бы поменьше от вас было... А на Полигоне тоска, и платят не так.

Он тяжко вздохнул и замолчал, и больше не бубнил. А Алекс, пораженный, задумался над сказанным сейчас и ранее. Надо же! Вот он, взрослый уже человек, скоро двадцать лет живёт на земле без особых хлопот, в хорошей семье, и всё у него хорошо и ладно. И работа и учёба. И родители не снобы, без причины не пилят и в личные дела не суются. Да и просто его любят. Как и он их, впрочем.

И вот он встречается с людьми, у которых такие серьёзные проблемы в жизни. Он вот бегает по Острову, в игрушки играет, прокачки устраивает, хабары всякие ищет, а люди тут, оказывается, живут по-настоящему, со всеми этими своими нешуточными жизненными проблемами. Какая уж тут игра?

Интересно другое, как же он всё это раньше-то не замечал? Ну, не слепой же он, и не глухой, и видел и слышал кое-что. Выходит, не хотел замечать? Странное чувство возникло у него, словно он не опытный боец дроннерского сообщества, а молодой, начинающий салага, только-только попавший на Остров. И всё ему ещё только-только предстоит, увидеть и узнать. И попытаться понять.

Вся его прежняя островная жизнь стала казаться ему пустой и никчёмной, как прошедшее детство. И представился ему, почему-то, Серый Шок, как ласково смотрит он на него и тихо кивает своей треугольной башкой: «Молодец, сынок! Взрослеть начал».

– Эй, Хариус, чего отстаёшь?

Алекс тряхнул головой и огляделся. «Рысь», идущая, по регламенту, следом за ним, в центре колонны, смотрела на него с насмешливой улыбкой:

– Чего тормозишь, говорю? Давай, подтянись. Хватит мечтать о своих невестах, – и она звонко засмеялась.

– Какие невесты, чего ты несёшь? – возмутился Алекс, и кинулся догонять Казимира.

Через десяток шагов он оглянулся – «рысь» смотрела ему вслед и по-прежнему улыбалась.

«Женщина отличается от человека органически» – вспомнил он фразу из какого-то старого фильма, отвернулся и размеренно пошагал дальше вровень с грузовозом.

Через полчаса этого размеренного движения, когда грузовики натужно урча, стали взбираться вверх по тропе, поднимающейся на седловину между двух крутых сопок, впереди за перевалом глухо хлопнул негромкий взрыв.

– Эхе-хе... – прокряхтел Казимир. – Похоже какой-то молодой абалдуй, на мину напоролся.

Алекс посмотрел на, шедшего впереди метров на десять-пятнадцать, «мангуста». Тот оглянулся и махнул рукой – «продолжать движение».

– Ничего, научатся, – сказал Алекс, передав сигнал «рыси» с «крабом». – Пару раз подорвутся – живо вспомнят, чему в учебке учили. Иначе будут всю жизнь в наёмных работниках болтаться, или с Острова вылетят обратно на Полигоны. С девахами тусоваться.

– Гляди-и, какой умный! – проворчал Казимир. – Сам-то давно здесь жить научился?

«Тьфу ты! Опять прокол. Да, что же я за балда? Контролировать себя надо, и думать прежде чем ляпать. Пока не рассекретили к чёрту».

– Странно ты спрашиваешь, Казимир, – сказал он вслух, – дураку же понятно, что если ты тупой, то не сможешь добиться на Острове приличного положения.

– Дураку, может и понятно, да только умному, понятно больше, – пробурчал тот и ещё громче заурчал двигателем, преодолевая последний крутой подъём перед перевалом через седловину.