– Ах-ха...
– зевнул Жук.

– Да, но что?
– успела спросить Лягушка, перед тем как спросонья со звонким плеском плюхнуться в воду.

Лебедь зевнул, вытянул шею и сказал:

– Надо ему другую кровать подарить.

И угадал! Звери тут же согласились.

И все они принялись сооружать кровать, такую мягкую и теплую, что любой, улегшийся в нее, немедленно засыпал.

Кровать была в то же время очень легкая. Она не стояла, а покачивалась.

А стоило на нее тихонько подуть, и она могла улететь.

– И куда же она улетит?
– полюбопытствовала Черепаха.

– После разберемся, - сказал Сверчок.

– О, - сказала Черепаха, кашлянула в кулачок и больше не произнесла ни слова.

Спустя несколько часов кровать была готова.

Вечером ее доставили Слону.

– Кровать!
– воскликнул Слон.

– Кровать, - подтвердили звери.

– Это что, мне?
– поразился Слон.
– Прямо вот так, совсем для меня?

– Для тебя, - сказали звери.

Слон рассыпался в благодарностях, забрался в постель и немедленно заснул. Жук переполз через бортик, чтобы посмотреть, как Слон лежит, повалился ничком и тоже провалился в сон.

И тогда Сверчок тихонько подул на кровать.

– Тсс, - шепнул он.

Кровать колыхнулась, оторвалась от земли и, постепенно набирая высоту, скрылась за деревьями. Храп Слона и Жука медленно замирал вдали.

Пораженные, глядели звери вслед улетающей кровати.

– Так куда она полетела-то?
– не утерпела Черепаха.

– После разберемся, - сказал Сверчок.

– Ой, да, - спохватилась Черепаха.
– Правда.

Она была очень рада, что у нее есть панцирь, под который она могла забраться, так что никто не мог увидеть, как она, пристыженная, покачивала головой.

ОДНАЖДЫ ВЕЧЕРОМ Медведь написал письмо зверям:

Уважаемые звери,

Я не могу спать.

Это ужас что такое.

Я очень долго думал и понял, что все дело в моей кровати.

Не сделаете ли вы для меня другую?

Я хочу кровать из меда, с решеткой из засахаренных каштанов, матрас из сливок и мягкую - премягкую подушку.

Что скажете? Сможете?

Всего-то на одну ночку, не насовсем.

Я прямо не дождусь. Полагаю, вы все себе представляете, что такое ужас.

На следующий вечер Медведь уже спал в такой кровати. Звери потирали ручки и переговаривались: "Теперь-то его пушкой не разбудишь! "

Звезды перемигивались, а запах меда и засахаренных каштанов медленно растекался по лесу, и Медведь бессознательно, но тем не менее вполне решительно, доедал свою постель.

КОГДА ЗВЕРИ ПРОСЛЫШАЛИ, что Белка опять не может спать, они очень захотели ей помочь. Один за другим собрались они у Белки.

Слон явился первым и протянул Белке свои уши.

– Это, знаешь, Белка, такие уши...
– сказал он.
– Если на одном из них уляжешься, прямо на месте заснешь. Ты с ними смотри, поосторожнее.

Белка приладила уши к голове, улеглась на одном из них, немного подождала, но заснуть так и не сумела.

– Странно, - сказал Слон.
– Но ты их попридержи у себя. Может, когда и сработает.

Ёж дал Белке свои иголки, чтобы съеживаться, но стоило Белке попробовать, она не только не уснула, а вскрикнула: "Ай"! Никогда она еще не была так далека от того, чтобы заснуть.

– Совершенно необъяснимое явление, - сказал Ёж, который засыпал немедленно, стоило ему свернуться клубком вместе со своими колючками.

Черепаха дала Белке свой панцирь.

– На одну ночку, - сказала она.

Забравшись в панцирь, Белка задремала, но уснуть не смогла.

– Я дремлю, - крикнула она из-под панциря.

– Да, - сказала Черепаха, которая начала замерзать.
– Я тоже.

Немного погодя Белка сказала:

– Я все еще дремлю.

– Ну, подремала и хватит, - еле выговорила дрожащая и синяя от холода Черепаха.

Жираф дал Белке свои рожки.

– Не знаю, почему, Белка, - сказал он, - но с этими штуками я всегда сплю, как убитый...

Но и с рожками на голове, со слоновьими ушами и с остатками ежовых колючек в спине лежала Белка в траве под буком, и сна у нее не было ни в одном глазу.