Шрифт:
— Конечно, много.
— Нет, не много, — сказал Луи, упрямо покачав головой. — Это только лишь пускание пыли в глаза. Может, эту передачу закроют к следующему сезону, как и большинство ей подобных. Я просто хочу изучить это дело. Я хочу быть хорошим актёром.
— Конечно, изучишь, — сказал Натан Бёрк и поглядел в решительное лицо внука. — Но не вижу причин, по которым тебе нельзя быть одновременно и знаменитостью, и хорошим актёром. Посмотри на Генри Фонда. Или на Грегори Пека. Они и знаменитости, и получили награды Американской академии киноискусств [163] .
163
То есть «Оскар».
— Просто дедушка гордится тобой, — сказал Джин, и добавил, чуть усилив голос. — Как и я.
— И Сандра, твоя мама, тобою бы гордилась, — сказал Натан Бёрк. Луи отвернулся, и они не увидели, как задрожали его губы, а в глазах заблестели слёзы.
Рэй опоздал почти на час. Он шёл по залу, глядя прямо вперёд, Джин почувствовал, что выражение чрезвычайной самоуверенности, написанное у него на лице, согласуется с уверенностью его движений — Джин подозревал, что Рэй был настолько самоуверен, потому что немного выпил, и теперь легко мог вспылить или разозлиться.
— Лучше поздно, чем никогда, как говорится, — пошутил Рэй и резко сел рядом с Луи, он не сразу посмотрел в глаза Джина. — Очень рад тебя видеть, Джин. Пап, ты отлично выглядишь, — сказал он и похлопал отца по плечу. — С днём рождения!
— Спасибо, Рэй.
— Кстати, — сказал Рэй, обращаясь к Джину. — Мелани не смогла прийти. Но она просила передать привет.
Натан Бёрк посмотрел на Рэя, а потом на Джина:
— Мелани? Что за Мелани?
— Подруга.
— Наша общая подруга, — сказал Рэй. Она переехала сюда из Лас-Вегаса. Там они и познакомились с Джином.
Натан Бёрк повернулся к Джину:
— Когда это ты был в Лас-Вегасе?
— Пару месяцев назад. По делам.
Тут все замолчали, потому что слегка раздражённый официант подкатил к ним тележку и начал расставлять первые блюда. Натан Бёрк и Луи заказали жареную грудинку, Джин заказал бифштекс. Все трое заказали печёной картошки с кислой подливкой и по половине порции шпината со сметаной.
— Мне салат «Цезарь», — сказал Рэй официанту, но не посмотрел ему в глаза. — И принесите-ка мне бокал красного вина.
Джин сказал:
— Рэй, забудь о вине.
— Почему бы тебе не перестать заботиться обо мне? Откусывая грудинку, Натан Бёрк сказал: — Джин рассказал нам, что ты пытаешься бросить пить.
— Это так, я пытался. Но не смог, — сказал Рэй, отворачиваясь от Луи и инстинктивно почувствовав, что тот разочарован. — Завтра я начну всё с начала.
Луи сказал:
— Но ты можешь начать и сегодня, пап.
— Я не хочу начинать сегодня. Я хочу расслабиться и отпраздновать день рождения своего отца одним бокалом вина. Лады? А теперь отстаньте вы все от меня.
Натан Бёрк положил нож и вилку и выпрямился.
— Этот ужин должен быть радостным событием, — строго и с уверенностью сказал он. — Если Рэй хочет выпить стакан вина с салатом, это его выбор. Ясно? Давайте поговорим о чём-нибудь другом.
Джин сглотнул, но промолчал. Его внимание было приковано к входу в ресторан, где около кассы стоял официант и что-то тихо говорил распорядителю, который был похож на человека, пытающегося сдержать свой гнев.
Луи поглядел на отца, он старался не выглядеть разочарованным.
— Как там съёмки, пап? Рэй повернул голову:
— Съёмки?
— Твоего фильма. Ты говорил, что там ещё не доделали одну часть.
Прежде чем Рэй успел ответить, похожий на сову официант снова возник рядом с их столиком с салатом «Цезарь», который он, слегка поклонившись, поставил на стол. Он повернулся, чтобы уйти и тут Рэй спросил его: — А где моё вино?
— Прошу прощения. — В голосе официанта зазвучало удовлетворение. — Но я не могу подать вам алкогольные напитки.
— Ты что такое говоришь? Ты что, хочешь сказать, что не можешь выполнить мой заказ? — На лице Рэй отразилось раздражение. — Почему?
— Потому что они помнят, что произошло в прошлый раз, — сказал Джин. — Распорядитель согласился впустить нас только потому, что я пообещал ему, что ты не будешь пить.
Рэй посмотрел на сына:
— И ты веришь этому дерьму, Луи? Мой брат решает, когда мне можно пить, а когда нельзя.
— Не устраивай сцен, пап. Пожалуйста. Просто забудь сегодня вечером о выпивке. Она тебе не нужна.