Я насупился, посмотрел на неё, затем на ногу, которая быстро постукивала, приводя мои мускулы в состояние усталости. — Я… Нет.

— Я твой друг, Гарри, — сказала она спокойно. — И я говорю тебе, что ты не контролируешь себя сейчас.

— Монстры собираются убить моего ребенка, Мёрф. Может быть этой ночью, может быть завтра. У меня нет времени на здравомыслие.

Мёрфи медленно кивнула, затем тяжело и, словно, обреченно вздохнула.

— Итак, Чичен-Ица.

— Вроде бы так.

— Круто. Когда мы атакуем?

Я покачал головой.

— Мы не может нашей дикой горсткой идти на этих людей. Они прихлопнут нас.

Она нахмурилась.

— Но Белый Совет…

— Не поддержит, — зло, буркнув, я не смог сдержаться, и рычание прорвалось в мой голос. — И в ответ на твой вопрос… мы не уверены, когда будет проводиться ритуал. Мне нужно больше информации.

— Рудольф, — проговорила Мёрфи задумчиво.

— Рудольф. Кто-то, кто часть всего этого, возможно из Красной Коллегии, держит его за шею. Я намерен выяснить, кто этот кто-то, а затем тыкать его носом до тех пор, пока он не выкашляет информацию, которую я смогу использовать.

— Я тоже хотела бы поговорить с Рудольфом. Мы начнем с разных концов, и будем двигаться к середине, верно?

— Звучит как план. — Я махнул Маку, пантомимой изобразил перед собой сандвич и куснул его. Он кивнул, и вопросительно посмотрел на Мёрфи. — Ты будешь мясной сандвич?

— Я думала, у тебя нет времени на здравомыслие.

— Нет, — сказал я. — Но у меня так же нет времени на голод.

— Как может полицейский детектив позволить себе такой дом? — спросила Молли.

Мы сидели в Голубом Жучке на спокойной жилой улице в Крествуде. Было далеко за полдень, и небо было затянуто тяжелыми облаками. Дом Рудольфа, чей адрес я получил от Мёрфи, был самым маленьким домом в квартале, но это было относительно. Он располагался у лесного заповедника Графства Повара, и массив старых, величественных деревьев придавал всей территории пасторальный, уютный вид.

— Он не может, — ответил я спокойно.

— Ты подразумеваешь, что он взяточник?

— Может быть, — хмыкнул я. — Или может быть, у него богатая семья. Или может быть, он заложил свои органы и взял ипотеку. Люди становятся действительно глупыми, когда дело доходит до приобретения домов. Переплачивают за дом больше четверти миллиона долларов, потому что он в хорошей местности. Покупают дома, за которые, как они и сами чертовски хорошо знают, они не в состоянии делать взносы, — я покачал головой. — Если бы они имели хоть йоту здравого смысла, то никогда бы не приняли подобное предложение.

— Возможно, это не глупо, — возразила Молли. — Каждый хочет дом, который что-то значит. Возможно дополнительные деньги, которые они уплачивают, имеют для них дополнительный смысл.

Я поморщился.

— Я бы охотнее нашел особый, дополнительный смысл в древнем захоронении под плавательным бассейном, или от осознания того, что я построил это своими руками или что-то вроде того.

— Не каждый так низко оценивает материальные блага, как ты, босс, — усмехнулась Молли. — Для них может, даёт дополнительный смысл высокая цена на ценнике.

Я фыркнул.

— Это по-прежнему глупо.

— С твоей точки зрения. Всё зависит от точки зрения, так ведь?

— Точки зрения, что дополнительные четверть миллиона долларов вашего материального человека, потраченные на увеличение престижа его дома, могли бы стать очень большим количеством спасательной пищи и медикаментов. Того что, возможно, помогло бы людям, если бы ублюдок с большим домом на окраине не унес все это, чтобы искусственно раздуть свой социальный член.

— Эх, — вздохнула Молли. — И их дома гораздо привлекательнее, чем твой дом.

— И это тоже, — проворчал я.

Мыш на заднем сиденье, тихо зарычал во сне и, повернувшись, я потянулся к нему, чтобы почесать за ушами до тех пор, пока он снова не успокоится.

Молли, около минуты просидела спокойно, прежде чем сказала:

— Что еще мы будем делать?

— Кроме того, что сидеть в засаде и смотреть? — спросил я. — Это-наблюдение, Молли. Это-то, что ты делаешь во время наблюдения.

— Наблюдение это отстой, — заявила Молли, сдувая несколько прядей волос, которые висели у неё перед глазами. — Почему Мёрфи не выполнит эту часть? Почему мы не используем магические штучки?

— Мёрфи отслеживает Рудольфа на работе, — терпеливо пояснил я. — Ну, а я наблюдаю за его домом. Если кукловод хочет его смерти, это лучшее место чтобы избавиться от него.

— И мы не используем магию потому что…?

— Что ты предлагаешь, чтобы мы сделали?

— С помощью заклинаний отследили Рудольфа и Мэгги, — сказала Молли бойко.

— У тебя есть капелька крови Рудольфа? Волосы? Обрезки ногтей?

— Нет, — потупилась она.

— Итак, никакого следящего заклинания, — подвел я черту.