— Что же нам делать? Время уходит… — прошептала девушка.

— Значит, ничего другого не остаётся. — Глухо проговорил архангел, наверняка придя к таким же выводам, что и она.

В следующий миг Ливию охватило лёгкое сияние, когда его руки нежно коснулись её. Боль мгновенно ушла, а в теле появилась необычайная лёгкость и бодрость духа.

— Габриель! — удивлённо воскликнула она.

— Нет времени! — мотнув головой, сказал он.

Не дав ей сказать более ни слова, парень взял её за руку и пошёл к воротам.

Они, надо сказать, были закрыты на большой увесистый замок. Приложив к нему пальцы, девушка почувствовала холод, вызвавший в её теле дрожь. Магия, как смогла констатировать ведьма. Древнее колдовство делало его практически несокрушимым, это Ливия поняла мгновенно, как и то, что ей открыть запор не под силу. С чарами подобного типа девушка никогда не встречалась.

— Я не могу его открыть! — сожалением сказала она, в бессилии дёрнув замок. — Как Ангелиус проник туда?

— Отойди! — приказал Габриель в ответ.

Девушка поспешно отдёрнула руки от ворот и отошла в сторонку. Архангел же, подойдя вплотную, положил ладони на прутья, и в тот же миг, когда пальцы коснулись их, по холодной стали расползлось голубое мерцание. Врата затряслись и мгновение спустя с жалобным скрипом распахнулись, замок же обратился в прах.

— Пошли! — произнёс парень и, вновь взяв девушку за руку, отправился вместе с ней на территорию кладбища.

Лишь только они сделали первые шаги по проклятому месту, покинутому даже Ангелом смерти, как поднялся ветер, пронизывающий сквозь одежду до костей, бросающий им в лицо пыль и клочья густого тумана. Тело тут же занемело от холода. Тонкая кофточка и джинсы плохо удерживали тепло в неравной схватке со стихией, в которой ей чудилось нечто в высшей степени демоническое. Оливия зябко поёжилась, стараясь незаметно прижаться к Габриелю, пышущему спасительным жаром. Между тем она пыталась разглядеть сумрачный пейзаж. Хотя это было довольно затруднительно, так как древние захоронения окутывала такая непроглядная тьма, что дальше нескольких шагов было ничего не рассмотреть. От земли подымались зловещие клубы испарений. Хотя белый мрамор изваяний выделялся тут и там светлыми пятнами во мгле. Казалось, что эти немые статуи, почувствовав жизнь, заметив их, пришли в некое движение, мигом стряхнув сон, застилающий пустые глазницы при свете дня.

Всё в купе выглядело довольно жутко, устрашающе, навеивало суеверный ужас и дурные предчувствия. Ливии приходилось сдерживать зарождающуюся внутри панику и тешить себя надеждой, что рядом с архангелом ничего страшного произойти не может… пока. Мысль о неминуемо приближающейся развязке, обещающей либо спасение в случае их с Габриелем победы, либо мучительную смерть, если верх одержит Ангелиус, сжимало сердце стальным обручем. Идти же им приходилось полагаясь на её внутренний голос, который чётко указывал путь, вытаскивая маршрут из памяти и знаний, данных Ливии как Носительнице погибшими сёстрами-ведьмами. Однако не забывали они и о том, что здесь не одни, на каждом шагу их могла подстерегать смертельная опасность. Ведь помимо демона несколько его прихвостней до сих пор рыщут где-то на свободе, готовые на всё ради своего хозяина.

Взглянув на Габриеля, девушка поразилась: лицо застыло в напряжённой маске, тело напоминало натянутую тетиву, глаза горели во тьме, будто два аквамариновых лазера. Волосы растрепал ветер, но, что самое завораживающее и устрашающее одновременно, за спиной можно было различить два крыла с траурным оперением. Архангел был на страже, готовый рвать и уничтожать врагов. Переплетя с ней крепко пальцы, он послушно следовал её указаниям. Оливия, сглотнув комок, образовавшийся в горле, отвернулась от него и продолжила путь во мраке зловещей ночи, а перед глазами всё стоял облик Небесного Охотника, шагавшего рядом. Девушка мимолётно подумала о том, что в сравнении с нынешним обликом её молчаливого и грозного спутника, спецэффекты, придуманные человеком, были сплошным шарлатанством, иллюзией и чрезвычайно скучным действом, не стоящим внимания.

Они прошли довольно длинный отрезок пути, к немалой радости и изумлению Оливии не встречая опасности. Девушка даже стала лелеять надежду, что до Врат они доберутся без происшествий, но, конечно, такому не суждено было случиться.

Они в очередной раз огибали руины некогда величественного склепа, давшего последнее упокоение мёртвому вельможе. Оливия отметила обвалившиеся миниатюрные башенки, остатки искусно сделанной лепнины и растрескавшиеся надломленные колонны, мысленно поражаясь былому великолепию, стараясь при этом ни обо что не споткнуться. Внезапно её силой толкнули вперёд, и Габриель грозно крикнул:

— Беги!

Ливия охнула и что есть силы рванулась вперёд, но, заметив, что архангел остался стоять на месте, готовый отражать атаку, остановилась, в растерянности глядя на него и не желая бросать одного, прекрасно зная, что парень такого геройства не оценит. Вглядываясь во мрак ночи, она заметила пылающие адским пламенем четыре пары глаз тварей, стремительно приближающихся к ним. Девушка пожалела, что не успела захватить с собой пузырьки с зельем, приготовленные на такой случай.

— Габриель! Демоны! — воскликнула Лив, указывая в сторону демонов.

Но архангел и так уже их увидел и спускал с врагов взгляда. Однако, услышав её голос рядом, обернулся, на секунду выпустив монстров из поля зрения и опалив ведьму взбешенным взглядом, заставившим Оливию сделать шаг назад, и рявкнул:

— Беги! Уноси ноги! Немедленно!

— Нет! Я без тебя никуда не уйду! — упрямо произнесла девушка.

В следующий миг стало уже не до споров. Разразился настоящий бой. Озарив мрак, в их сторону полетела целая череда огненных шаров и молний, превращая в пыль и кроша в щебень все, что встречалось на её пути, оставляя языки пламени на земле. Архангел ответил потоками ослепительного света, несущего смерть любому исчадию ада, попавшему под эти лучи. Ливия, вскрикнув, по инерции вскинула руки и к своей радости увидела, как на кончиках пальцев замерцало изумрудное сияние.