– В смысле? – Я блаженно расслабился, обмякнув на сиденье. Головная боль и вялость медленно таяли, уступая напору захлестнувшей организм энергии. Еще пара минут – и буду в форме. Это чем таким, интересно, закинуться дали? Я посмотрел на зажатую в руке пробку, на которой были выдавлены всего три буквы: «Э.О.К.», пожал плечами – даже слышать о таком не доводилось, – и кинул ее под ноги.

– Держи «блокаду», – сунул одноразовый шприц комиссар, расстегнул ремень безопасности и подобрал мой валявшийся на сиденье магофон. – Интересные дела…

– Что еще? – Стиснув зубы, я воткнул иглу прямо через штанину и медленно надавил на поршень шприца. Не то чтобы больно, но ощущения не из приятных. Зато точно рецидива не будет. А так вдруг снова приступ скрутит? С Хаосом шутки плохи.

– Перегорел. – Комиссар вернулся на свое место и принялся внимательно рассматривать ставший тускло-матовым диск. – Крепко тебя зацепило!..

– Я ж говорю – везунчик, – в голос заржал Ройе. – А представляешь, комитетчики бы никого более подходящего найти не смогли?

– Для проведенного ритуала сгодится не всякий, – поднял взгляд от перегоревшего алхимического прибора комиссар. – Как минимум в каждой конкретной ситуации значение имеет группа крови, дата рождения и…

– Цвет глаз, рост и наличие вредных привычек… – закивал, не обративший внимания на тон куратора, Лео. – Можно подумать, комитетчики за это время успели гороскоп того бедолаги составить.

– Вся необходимая для расчетов информация зашифрована у тебя на левом веке, – осадил подчиненного Станке. – И Марку в любом случае ничего не грозило – сотрудники Службы Контроля не могут быть принесены в жертву.

– При исполнении, – не успокоился Ройе, – и кроме исключительных случаев.

– Именно.

– А неординаров не трогают никогда! – Лео демонстративно отвернулся к окну.

– Неординаров не трогают не из-за какого-то привилегированного положения, – тоном, от которого по спине побежали мурашки, заявил комиссар. – Кровь одаренных не содержит в себе той алхимической составляющей, что связывает ординаров с Хаосом и делает их подвластными его влиянию. Такая жертва будет лишена всякого смысла. И не мне вам напоминать, что любой житель нашего города вне зависимости от одаренности всегда должен быть готов пожертвовать своей жизнью ради общей безопасности. Все ясно?

– Так точно, – ссутулился получивший выволочку Лео.

– Проехали, – раздосадованный несдержанностью подчиненного, Станке выдвинул панель терминала. – С вечера я запросил информацию по дому. Жильцы там не из бедных и почти у всех есть лицензии на использование зеркал. Экранированных надлежащим образом, само собой.

– Что по размерам? – стараясь не глядеть в сторону комиссара, поинтересовался Лео.

– Двадцать малых, восемь средних и пять больших.

– Итого тридцать три квартиры, – тяжело вздохнул Ройе. – На весь день работы. Или кого-то дома нет?

– На нас предварительная проверка: если кого-то нет, пусть у начальства голова болит. Сейчас скину информацию по лицензиям в магофоны, но проверять будем всех… – Артур задумчиво посмотрел на меня; я только пожал плечами. – Ты, Марк, без связи остался? Ничего, на обратном пути в Управление заскочим, на замену магофон выпишем.

– А сейчас как?

– Ерунда, все равно в квартиры заходить не будешь, – отмахнулся Станке. – Ян, долго еще?

– Почти добрались.

– А никто в последнее время в дом не заселялся? – уточнил погрустневший Ройе, которому не терпелось с наскока решить поставленную задачу.

– За два года новых жильцов не было. Марк, держи. – Артур кинул мне форменную жилетку инспекторов Энергоконтроля. Сам он уже накинул точно такой же ядовито-оранжевый наряд поверх куртки. – Подачу энергии там пару часов назад отрубили, так что нашему появлению никто не удивится.

Так оно и произошло. Стоило болиду остановиться у невысокого забора, ограждавшего домовую территорию, как из распахнувшейся калитки выскочил сутулый привратник:

– Ну, где вас Хаос носит! Четвертый же час без энергии сидим!

– Много вас таких! – Артур плечом оттер сутулого в сторону, заглянул во двор и мрачно добавил: – И обязательно в мою смену…

– А вы сюда зачем? – Тут только обратил внимание на Лео и Эдуарда привратник.

– Выездная комиссия. – Станке не стал ничего объяснять и направился прямиком к дому, ни в одном из окон которого не горел свет. И понятно, что не в раннем времени дело – вон в соседнем доме окна уже чуть ли не в трети квартир освещены.

– Обход жильцов, – взмахнул у лица сутулого жандармским жетоном Эдуард и поспешил вслед за командиром.