- И на свой страх и риск, - добавила жёнушка.
– Потому что войны имеют свойство заканчиваться, даже столетние и тридцатилетние. Вот после заключения мира нам и припомнят все наши усмотрения.

 - Не уверен, что у тебя нет вариантов действия на этот случай, - Эшби с улыбкой приобнял её.

 - Есть, - Галка улыбнулась в ответ. И заговорила по-русски, как делала всегда, когда опасалась чужих ушей.
– Только я не собираюсь ждать конца войны, дорогой...

 Выход эскадры из гавани Сен-Доменга был назначен на пятое марта 1677 года.

 Нейтрализовав голландцев перемирием, Триумвират мог не опасаться подвоха с этой стороны. Голландцы же тихо радовались тому факту, что теперь им больше не нужно бояться кораблей под республиканским флагом - ибо пираты, не перебравшиеся в Сен-Доменг и оставшиеся верными флагу Франции, не имели достаточно мощных кораблей, которых не стыдно было бы бояться. Нейтральные англичане гадили исподтишка, но больше Франции, чем Голландии. А испанский колониальный флот был так потрёпан - пираты, мягко говоря, очень сильно затруднили морское сообщение между Испанией и её американскими владениями - что даже если и соберётся эскадра для вторжения в Сен-Доменг, то, во-первых, не скоро, а во-вторых, пушек форта и сил городской милиции для решения этой проблемы хватить должно. Тем более, что спущенные со стапелей верфи сторожевики-"барракуды" были способны всей стаей доставить большие неприятности любому потенциальному захватчику. А их-то как раз и оставляли "на хозяйстве".

 И всё-таки Галка беспокоилась. У неё возникло пока ещё смутное предчувствие... Нет, не опасности. Просто нехорошее, гаденькое такое чувство, словно ей предстояло войти в чей-то неопрятный дом. Или на корабль какого-нибудь капитана-засранца. Но ведь речь шла о военном походе. В чём же дело?.. Галка в тысячный раз мысленно "перебирала" все детали подготовки к рейду и не находила причин для волнения. Значит, дело не в её людях и флоте.

 "Если верить Этьену, как раз сейчас стоит ждать известий с Кубы, - думала Галка.
– Положение у них, мягко говоря, хреновое..."

 Когда около полудня первого марта на бастионе крепости подняли сигнальный флаг о приближении военного корабля, Галка ничуть не удивилась. В порт не пошла. Если это французики с Кубы, пусть сами к ней в Алькасар де Колон являются. А это и впрямь был корабль, явившийся из Сантьяго. Большой пятидесятипушечный фрегат, вооружённый, кроме всего прочего, четырьмя нарезными орудиями. Вот такие фрегаты и превратили год назад доселе неприступные укрепления Гаваны в кучу щебня. А этот носил помпезное название "Гордость Франции" и имел на клотике генерал-губернаторский вымпел... Заметив этот вымпел, Галка зло рассмеялась.

 - Думаешь, они сейчас будут просить о помощи?
– с сомнением проговорил Джеймс.

 - Думаю, они пришли её требовать, милый, - нехорошо усмехнулась миссис Эшби.
– Ну, ладно, пусть идут...

 Пока французов мурыжили таможенные офицеры, пока они, злые словно черти, добирались на шлюпке до берега, пока явились наконец в резиденцию генерала Сен-Доменга, прошло не меньше трёх часов... Галке ещё в своём родном мире приходилось кое-что читать об эпохе Людовика Четырнадцатого, а здесь и вовсе довелось лично столкнуться с весьма колоритными персонажами вроде сьера де Шаверни. Которого, к слову, хоть и не посадили в тюрьму, но от двора всё же удалили. Однако спесь, ставшая чуть ли не визитной карточкой подданных Короля-Солнца, всегда приводила Галку в изумление. Франция, конечно, сильнейшая держава Европы, но зачем же нагло переть, словно танк, не разбирая дороги? Так ведь и на мину напороться недолго. Эти же господа вполне оправдали ожидания пиратской адмиральши насчёт спеси. Сам губернатор Кубы де Грансен, и вице-губернатор, шевалье де Лесаж. Собственными персонами, так сказать.

 - Мадам, - оба француза неохотно изобразили нечто вроде почтительного поклона - всё-таки перед ними глава государства, а не наместник короля.

 - Рада видеть вас, господа, - как были насквозь фальшивы и протокольны поклоны французов, такой же была и радость генерала Сен-Доменга по поводу их визита.
– Присаживайтесь, - Галка кивнула на резные испанские кресла.
– Разговор, судя по всему, обещает быть непростым во всех отношениях.

 Де Грансен, мужчина лет сорока (наверняка моложе, Галка до сих пор судила о возрасте по стандартам своего времени), был одет в светло-голубой шёлковый камзол с вышивкой мелким жемчугом. Парик, изделие парижских куаферов, обязан был в должной мере подчёркивать благородство облика своего владельца, но в коварном южном климате только заставлял оного владельца немилосердно потеть. Галка мстительно усмехнулась: пусть пособлюдает приличия, пусть взмокнет как следует. За то, что он вытворял на Кубе, это самое малое наказание.

 - Мадам, наш визит в Сен-Доменг вызван насущной необходимостью, - без особой приязни проговорил де Грансен, сжав в ладони резной набалдашник драгоценной трости.
– Я полагаю, вам известно положение дел во вверенной мне колонии?

 - Известно, - Галка выглядела совершенно спокойной. Пусть француз выговорится. Он ещё получит свою порцию ...э-э-э ...неприятностей. Дайте только время.

 - В таком случае не будем тратить время на излишние разговоры, - сурово произнёс де Грансен, развеяв Галкины надежды на то, что он сейчас начнёт пространно расписывать свои проблемы.
– Нам нужны ваши линкоры, четыре тысячи человек и двадцать орудий.

 - Всего лишь?
– женщина удивлённо приподняла бровь, позволив себе ледяную усмешку. Что ж, если он не желает затягивать разговор, можно и поторопить экзекуцию.
– С вашей стороны, граф, это просто бесподобная наглость.

 - Мадам! Что вы себе позволяете?!
– вспылил де Грансен.
– Разве не вы обещали его величеству всемерное содействие французским войскам в Вест-Индии?

 - Я, - кивнула Галка.
– А разве не вы, сударь, получив в управление такую богатейшую колонию, как Куба, умудрились всего за год довести её до полного упадка?