– Не так-то просто оказалось узнать ваш новый адрес...

– Да, я сменил и работу, и жилье. Под гору катишься без остановки, - с горькой издевкой над самим собой ответил я. Пожалуй, я не меньше его имел право на сочувствие. Моя потеря тоже была велика.

– Я не оторвал вас от дел?

– Как видите.
– Я обвел рукой убийственное уныние стены.
– Свободного времени у меня теперь предостаточно.

– Ну вот и хорошо.
– Он улыбнулся.
– Значит, можно рассчитывать на вас. Сделайте одолжение, не сочтите за труд пожаловать завтра ко мне в отель.

Я кивнул. Нельзя сказать, чтобы меня привела в восторг эта просьба, но, вероятно, у него есть какие-то основания...

В ту ночь мне приснился сон. Я несусь по кругу бок о бок с погибшим товарищем. К финишу мы приходим вместе. Но все происходит не на привычной арене - вокруг, насколько хватает глаз, простирается бескрайняя равнина. И мы мчимся в этом безбрежном просторе вдвоем, охваченные необъяснимой злобой, стремясь обогнать друг друга.

2 Освещенный мягким светом электронных ламп, застланный алыми коврами коридор гостиницы; в воздухе особое благоухание - все как всегда и везде, где деньги текут рекой. Очутившись перед нужной мне дверью, я постучал, вошел - и на мгновенье точно ослеп. Изысканный банкетный стол, а за ним мужчина и женщина. Но ослепил меня, конечно, не вид яств и не элегантная фигура самого Кайды. Рядом с ним сидела девушка в очень простом, но элегантном платье для коктейлей - без единого украшения. Да они были ей и ни к чему. Ни одна драгоценность мира не добавила бы прелести такой красавице.

– Это Эйдзи Самэдзима. Помнишь, я рассказывал тебе о нем. Товарищ по команде нашего Сесукэ... Они были очень дружны.

Старик перевел взгляд с девушки на меня.

– Познакомьтесь, пожалуйста, Самэдзима-сан. Эта девушка была нареченной моего сына. Ее зовут Маки. Маки Кикумото. Она мне как дочь. Когда Сесукэ не стало, она заняла его место в семье.

Девушка с улыбкой склонила голову с длинными, постаринному причесанными волосами. Но улыбались лишь губы, глаза смотрели неприязненно. "Дружба твоя была так горяча, что ты погубил его", - казалось, говорили они.

– Я попросил ее присутствовать при нашем разговоре, продолжал Кайда, - ведь это имеет к ней самое непосредственное отношение.

Мы приступили к трапезе, и на некоторое время воцарилось молчание. Креветки, белое вино. Стоит ли говорить, что напиток был превосходен. Я с благодарностью взглянул на старика: как хорошо, что они не предложили встретиться в моей убогой лачуге. Некое тщеславие еще жило в моей душе. И тут я уловил затаенную боль в глазах Маки. Или это было сострадание к старому Кайде?

Мы уже покончили с супом и успели сменить десяток тем ничего не значащей светской беседы, как вдруг Кайда решительно произнес:

– Думаю, пора поговорить о деле.

Лицо девушки напряглось.

– Не так давно на Хоккайдо появилась загадочная машина-робот. Ее называют машиной-убийцей. Вы, вероятно, слышали.

– Разумеется. Кругом только и разговоров, что о ней.

– М-да... Ну и что вы об этом думаете?

– Просто необъяснимо - вот и все, что я могу сказать. Конечно, это робот с электронным мозгом. Тут ничего необычного нет. Но должен же у нее когда-то иссякнуть бензин? Она не может двигаться сама по себе! Чудес не бывает!

Старик провел языком по пересохшим губам и кивнул.

– Ну а если допустить, что машиной управляет не обычный компьютер, а самоорганизующаяся система, подобная человеческому разуму?
– медленно проговорил он.

– Не может быть!
– усомнился я.
– До сих пор никому не удавалось создать такое мощное кибернетическое устройство столь малых размеров! Проще пересадить в машину живой человеческий мозг.

– Что ж...
– Старик снова кивнул; он весь как-то поник, осунулся, складки у губ выдавали чудовищное напряжение.
– Ты угадал...

Я похолодел:

– Откуда вам это известно?

– Известно. Потому, что это сделал я.

Внезапно заговорила девушка - в первый раз за весь вечер. Голос ее звучал бесстрастно:

– Самэдзима-сан, Сесукэ жив. Во всяком случае, жив его разум. А машина - это оболочка, в которой он существует.

– Теперь я отдаю себе отчет в том, что совершил непростительную ошибку, - хрипло проговорил Кайда.
– Можно оправдывать это чем угодно - слепой родительской любовью, волей покойного... Но все равно нельзя было решаться на это безумие.

– Значит, вы поместили мозг Сесукэ в блок управления машины?
– Я осип от волнения. Мой собственный голос показался мне чужим.

– Сесукэ был просто одержим машинами, - ответила за старика Маки.
– Машины, скорость - он весь был в этом. Он не захотел расстаться с этим даже после смерти. Даже после того, как умерла его плоть. И дядюшка... Нет, мы - мы не могли пренебречь его последней волей.

Меня как громом поразило. В это было просто невозможно поверить, вот так, сразу. Конечно, современная бионика добилась потрясающих успехов, да и операциями по гомопластике теперь никого не удивишь. Но человеческий мозг!.. Связать его с электронной системой!.. Словно прочитав мои мысли, Кайда сказал: