– Не могу! Извини, не могу! – еле слышно выдавила она.

– Что случилось? Я что-то не так сделал? – Она бессильно подняла руку ко лбу.

– Не знаю. Просто... Твоя рука... Я не могла... Извини, – прошептала она, и ее расширившиеся глаза были полны страха и тревоги.

Джеррод медленно и осторожно отодвинулся от нее и сел на край кровати.

– Я сделал тебе больно? – Она качнула головой.

– Нет. Лишь то, что я сказала. Я не знаю, что случилось. Все было так чудесно – и вдруг... Прости меня, – шепнула она, трясясь от ужаса.

Он шумно вздохнул.

– Все в порядке. Ничего страшного.

Что он должен был чувствовать? Ее собственное тело мучительно ныло.

– Я тебя не дразнила. Я действительно не смогла, – попыталась объяснить она, усевшись на кровати и обхватив руками колени. – Не знаю, что меня так испугало. Я не хотела этого.

Что делать, если он не поверит мне? – с отчаянием подумала она. Проклятье! Почему все на свете против них?

Рука Джеррода тихонько легла на ее сгорбленные плечи, привлекая к себе.

– Не надо никаких извинений, Камилла.

– Но почему, почему со мной происходит такое? – еле слышно спросила она.

– Не знаю, – тихо ответил Джеррод. – Я не настолько разбираюсь в этих вопросах, чтобы ставить диагноз. Тебе нужно выговориться. И мне кажется, не стоит больше откладывать. Я хочу, чтобы ты повидалась с одним моим другом.

Камилла застыла. С другом? Он уже говорил что-то такое, но тогда она не обратила на это внимания. По спине у нее пробежал холодок.

– С каким еще другом?

Видя ее замешательство, Джеррод какое-то время молчал, а затем, поколебавшись, ответил:

– Он психоаналитик. Ты сможешь...

– Камилла, не желая больше ничего слышать, в бешенстве вырвалась из его рук.

– Нет, ни за что! Я не желаю видеться ни с каким психоаналитиком! – крикнула она, соскакивая с кровати.

Изумленный ее реакцией, Джеррод не сводил с нее глаз.

– Послушай...

– Не пойду, и кончено! – отрезала она. Только этого не хватало! Психиатр скажет ей, что она и в самом деле немного не в себе, а может быть, что-нибудь еще похуже.

Губы Джеррода сжались в тонкую линию.

– Не будь глупышкой, это нужно для твоего же блага!

– Но зачем? Ты думаешь, что я спятила, да? – взорвалась она.

Он наклонил голову и нахмурился.

– Нет, я так не думаю. Более того, я полагаю, что это совершенно не так. Но я не могу объяснить тебе, что с тобой происходит. Ты-то сама хочешь узнать это или нет? – жестко спросил он.

Она вздернула подбородок.

– Нет, не хочу!

– Вот как? – возмутился Джеррод, прищурив глаза. – А чего ты так боишься? Того, что правда станет известна мне?

Глаза ее вспыхнули.

– Не понимаю, о чем ты!

– Не понимаешь? Тогда поясню. Быть может, ты не желаешь признаться, что все происшедшее сейчас было с твоей стороны не более чем игрой, – медленно сказал Джеррод.

– Ложь! Я же сказала, что это не так! – Он развел руками.

– Тогда и бояться нечего, не правда ли? – Сердце у Камиллы упало.

– Это шантаж! Впрочем, – фыркнула она, – чего удивляться, я же имею дело с Грейсоном!

Ноздри Джеррода раздулись, как у взнузданного коня.

– Отлично, Камилла, ты выиграла, – сказал он устало. – Я снимаю свое предложение.

Она недоверчиво посмотрела на него.

– Хорошо.

Их взгляды встретились, и вдруг он ухмыльнулся.

– Ты, кажется, не слишком-то торжествуешь.

– Торжествую, – медленно парировала она. – Просто... В общем, со мной все в порядке.

Джеррод встал.

– Я проголодался. Через десять минут жду тебя внизу к завтраку.

И, не сказав больше ни слова, вышел.

У Камиллы появилось ощущение, что она одержала пиррову победу. Она понимала, что ее паническая реакция на его предложение вызвана элементарной трусостью. Ее пугало то, что она могла узнать о себе. Да и вообще, ей вовсе не нравилась эта затея с психоаналитиком, который начнет копаться в самых темных уголках ее сознания и Бог знает, что оттуда вытащит.

Она вздрогнула, вспомнив, что на ней до сих пор лишь ночная рубашка, и поспешила в ванную, чтобы принять душ и переодеться.

Спустя двадцать минут, одетая в хлопчатобумажные джинсы и кремовый шерстяной свитер, она спустилась вниз и направилась в столовую. Дверь была чуть приоткрыта, и, приблизившись, Камилла услышала голос Элен:

– Я уважаю твои чувства, Джеррод, но мне кажется, что ты совершаешь ошибку.

– В любом случае, ты сделаешь это для меня, не так ли? – спросил он.