Последние семь раз, прикинул он, осечки не случалось. Отличный результат. Через полчаса он звякнет Снивли. Гарри посмотрит, как он выйдет из кабинета, спрячет деньги, доберется до машины и уедет. Затем Гарри выскользнет из своей комнаты, возьмет деньги и исчезнет.

Если управляющему зданием и придет в голову задуматься, что случилось с этим арендатором и он позвонит в полицию — что более чем сомнительно, ибо по истечении месяца он может продать мебель и положить выручку себе в карман — полиция, можно ручаться, не свяжет рассказ управляющего с вымогательством, что случилось по другую сторону улицы. Снивли, ринувшись домой, убедится, что на его жену никто не покушался. «Нет, дорогой. Никого не было, кроме почтальона и какого-то несчастного старика, продававшего журналы». Снивли достанется от начальства и, может, ему придется вернуть деньги из своего кармана. По прошествии времени штаб-квартира компании разошлет по всем своим отделениям инструкции с описанием метода Гарри. Но это его волнует. Он планирует свои действия так, чтобы иметь дело с одной и той же компанией не чаще, чем раз в три или четыре года — а к тому времени все инструкции будут благополучно забыты.

Гарри еще раз посмотрел на Снивли. Тот все так же сидел за столом. Теперь в помещении ждало более десятка человек, двое из которых были в грубой рабочей одежде. Психологически настал тот самый момент.

Он снял трубку и набрал номер. Когда девушка ответила «Коммерс Дискаунт», он сказал: — Дайте-ка мне мистера Снивли.

И только сейчас он пустил в ход Голос — низкий хрипловатый бас зловещего тембра.

— Снивли, — сказал он. — Слушай меня и слушай внимательно. Я звоню из твоего дома.

— Что такое? — встрепенулся Снивли.

— Заткнись и слушай. Я звоню из твоего дома. Тут со мной твоя жена. Она хорошо смотрится в своем синем платье, Снивли.

Как и предполагалось, Снивли оцепенел.

— Что вы имеете в виду? — осведомился он.

— Не вешай трубку, Снивли. И не дергайся. Рядом с тобой в офисе мой человек. — Через окно он заметил, что Снивли с опаской посмотрел на очередь. — Теперь вот что ты должен сделать, Снивли, если еще хочешь увидеть свою жену в цельном виде. Не забывай, что недавно случилось с той дамой. Если бы ее старик послушался, она бы и сейчас была жива. Вынь из сейфа три тысячи долларов…

— Три тысячи долларов? — переспросил Снивли.

— Три тысячи, — с легким нажимом басом подтвердил Гарри.

— Минутку, — сказал Снивли. Гарри не спускал с него глаз, дабы убедиться, что он не подаст сигнала тревоги. Он этого не сделал. Голос у него чуть окреп. — Вы хотите сказать, что если я не выну из сейфа три тысячи долларов и не сделаю того, что вы хотите, в таком случае… — Именно это я и сказал.

Снивли вздохнул. И умиротворенно сказал: — Прекрасно. Прекрасно.

С другой стороны улицы Гарри Шакал видел, как он со счастливой улыбкой откинулся на спинку кресла и аккуратно положил трубку.

Гарри Шакал покинул Нью-Хейвен в тот же вечер. И как уже говорилось, он уже никогда больше не мог стать таким, как раньше.