Она перенесла мальчика в свою спальню, тихонько напевая, и вдруг замерла, прислушиваясь. Громкие голоса и тяжелые шаги донеслись из-за двери.

Джоселин была уверена, что это возвратился Роберт. Ей не терпелось узнать, чем закончились его разговоры с королем. Но она сразу поняла, что обманулась в своих ожиданиях.

Это был не Роберт. Впрочем, голос разгневанного пришельца был ей слишком хорошо знаком.

— Прочь с дороги, болваны! Не знаете, кто в Англии король?

Без стука король распахнул дверь и ворвался в комнату. Сэр Аймер следовал за ним, возмущенный и униженный.

— Мадам! — обратился к Джоселин Генри. — Этот парень заслуживает наказания. Он пытался напасть на меня, нарушая тем самым присягу, данную вашим супругом.

Джоселин, озадаченная и немного испуганная, переводила взгляд с короля на Аймера.

— Я… Я очень сожалею, миледи! — оправдывался Аймер. — Я сказал, что милорда нет дома, но не смог удержать его!

— Конечно, не смог! — прорычал Генри. — Я король и вправе входить туда, куда я захочу, даже в спальню твоей госпожи. Неужто ты боишься, что я изнасилую женщину на глазах ее сына?

Аймер залился пунцовой краской.

— Разумеется, нет, Ваше Величество, но входить сюда без позволения вы не имеете права.

— Все в порядке, Аймер! — поспешила прервать молодого воина Джоселин ради его же спасения. Чтобы не расплыться в улыбке, она до боли закусила губу. — Я доверяю королю и польщена тем, что он навестил нас. Ты можешь подождать за дверью, Аймер.

Аймер поклонился и нехотя покинул спальню.

Генри усмехнулся.

— Еще бы немного, и я убил бы этого вашего слугу!

— Слуги моего супруга весьма преданы ему, как вы имели возможность не раз убедиться в этом. Кроме того, сэр Аймер один из тех, кто был в той самой церкви в Нормандии.

Генри поежился и оглянулся на дверь с некоторой опаской. Он прекрасно помнил ту сожженную церковь.

Джоселин с гордостью показала ему малыша.

— Мы назвали его Роджером в память об отце милорда. Проснись, маленький! Настало время приветствовать своего короля.

Роджер сердито глянул на Генри. Король ответил ему не менее сердитым взглядом.

— Не слишком ли он маленький, мадам?

— Совсем нет! Он младше вашего Уильяма на шесть месяцев и потому кажется вам маленьким. Он здоровый мальчик и растет очень быстро.

— Мой сын родился в день, когда умер Юстас. Бывают же такие совпадения! Кстати, я особенно рад, что у меня первым родился мальчик. Элеонор рожала королю Франции только дочерей. Не означает ли это особую милость Господа к нашему браку с Элеонор, мадам, как вы думаете?

Джоселин улыбнулась. Генри был воистину упоен своими удачами, дьявол ли ему помогал в этом или Господь, неважно.

— Да, это хороший знак, Ваше Величество! Так говорят в народе.

— Приятно услышать это подтверждение от вас, мадам. Всем известно, что вы разбираетесь в приметах и суевериях.

— Не будем ворошить неприятное прошлое, сир.

— Да! Не будем! Тем более будущее наше так светло и прекрасно. Итак, ваш супруг еще не вернулся? — Генри внимательно оглядел спальню.

— Он остался побеседовать с Ричардом де Люси.

— Ах, де Люси! Хороший человек, хотя и служил Стефану. Но он достоин доверия, и я решил оставить его при себе в качестве советника.

Король принялся расхаживать по комнате, такой же полный энергии и непоседливый, каким он запомнился Джоселин по прошлым встречам. Она усадила маленького Роджера в креслице на колесиках, сооруженное Робертом для сына.

— Он и вправду признал меня? — неожиданно поинтересовался Генри.

У Джоселин возникла странная мысль, что он имеет в виду маленького Роджера. Несколько мгновений она пребывала в растерянности.

— Простите, сир, я не очень вас поняла. Генри насупил брови.

— Он действительно отмел прошлые обиды? Может ли он признать меня королем? Мы сражались долго и отчаянно и причинили друг другу много горя.

— Вы говорите о Роберте? — Джоселин вздохнула с облегчением. — Но он же дал клятву…

— Не слишком ли это просто? — Генри с сомнением покачал головой. — Всего лишь пара слов… и он уже мой слуга… Я скоро уезжаю в Нормандию и хотел бы иметь здесь человека, которому можно верить. Таковых в моем окружении почти нет.

— Вы слышали, что он сказал сегодня. Его слова не расходятся с делом.

— Да, таково общее мнение о нем… — Генри помолчал, словно раздумывая о чем-то. — Кстати, я решил возвратить ему кое-какие вещи… Его меч я передал одному из слуг, а вот этот предмет я хотел бы вручить самолично. Согласитесь ли вы принять его от меня?