Хейворд тихо откашлялся.

– Элизабет права, – только и сказал он.

Эш стиснул зубы, играя желваками. Ему вдруг вспомнились все клички и прозвища, которыми в течение жизни награждали его люди, заставляя чувствовать себя не более чем грязь под ногами. Ему совсем не хотелось снова проходить через это.

– Если я чем-то вас не устраиваю, будем считать, что никакой сделки мы не заключили, – глухо отозвался он.

– Мой дорогой мальчик, не стоит так огорчаться. Элизабет права: если вы собираетесь появиться в Англии в качестве моего внука, то придется выучить правила поведения в обществе. Это избавит вас от многих неловких ситуаций, – дружелюбно начал успокаивать Тревелиан.

– А вы... – Посмотрев поверх головы Элизабет, Эш встретился взглядом с голубыми глазами старого джентльмена. – Я сомневаюсь, что какой-то неотесанный мужлан, сможет украсить собой один из ваших модных балов. Ведь так?

Хейворд запрокинул голову и засмеялся: эти слова показались ему необычайно забавными.

– О Боже, похоже, у нас начинается словесная перепалка!

Элизабет бросила на опекуна сердитый взгляд. Хейворд нервно закашлялся.

– Я уверен, что вы только выиграете, если не будете давать людям повода для сплетен, – сказал он. – Поверьте мне, ваше прошлое будут обсуждать в Англии не один месяц. Представьте себе: маркиза Энджелстоуна, наследника герцога Марлоу на самом деле вырастили и воспитали индейцы!

На лбу Эша выступила испарина.

– И еще кто? Хозяйка лучшего борделя в Денвере, – напомнил он Тревелиану. – Не забывайте про Хэтти...

Хейворд усмехнулся:

– В Лондоне, будут судачить о вас многие месяцы, может быть, годы. В столице сейчас скучно, – абсолютно некому перемывать кости.

– Да, наверное, такой тип, как я, расшевелит это болото, – согласился Эш.

Хейворд кивнул и, широко улыбаясь, добавил:

– Вот это – совсем другое дело. На это Эш покачал головой.

– Я – не светский человек и не стремлюсь им стать, – признался он.

– Боитесь, что не сумеете ответить на вызов, мистер Макгрегор? – усмехнулась Элизабет, по-прежнему продолжая сердиться на Эша. – Боитесь, что в действительности вы уступаете модно разодетым джентльменам, которых презираете?

Эш посмотрел в глаза девушки и понял, как сильно ему хочется увидеть в них уважение к себе. Хотелось, чтобы она воспринимала его как мужчину, нисколько не уступающего тем аристократам, которых знала.

– Значит, вы судите о людях по тому, как они одеты, мисс Баррингтон? – насмешливо спросил Эш. – Как они говорят?

– Я сужу о человеке по его поступкам, мистер Макгрегор, – прозвучало в ответ.

– Вы смотрите на меня так, словно я не достоин, даже почистить вам туфли, – оскорбился Эш.

– Разве вы сделали что-то такое, что заслужило бы мое уважение к вам? – удивилась девушка. – Вы потребовали от своей семьи денег. Едва не убили бедного портного за то, что он делал свою работу. И ничего не хотите сделать, чтобы как-то измениться.

– Но не все в этом мире модно одеваются и правильно говорят – вспыхнул он.

– В вашем мире – да, мистер Макгрегор, но мир Пейтона Тревелиана совсем другой, – возразила Элизабет, сделав паузу, чтобы немного успокоиться. – Вы должны понять: общество, в котором мы живем с Марлоу, судит о человеке по его уму, внешнему виду и умению себя вести. Если не хотите выставлять себя и Марлоу на посмешище, вам придется всему этому научиться.

– Что, черт возьми, я должен буду делать? – горячился Эш. – Снова идти в школу?

– Конечно же, нет, – ответил Хейворд. – В этом нет необходимости. Элизабет научит вас всему, что надо знать джентльмену.

Резко обернувшись, Элизабет вопросительно посмотрела на опекуна.

– Вы хотите, чтобы я стала его учить?

Хейворд положил руку на резную спинку небольшого узкого кресла, стоявшего у камина, и с улыбкой обратился к ней:

– Это было бы отличным решением нашей проблемы.

– Но я думала, что вы наймете для Макгрегора учителя, – растерянно произнесла Элизабет.

Хейворд обвел пальцем контур крыла черно-желтой птицы, изображенной на обивке кресла.

– Я думаю, что Пейтон будет чувствовать себя спокойнее с человеком, которого знает, – уверенно сказал он.

Девушка с испугом посмотрела на Эша. Он же, с улыбкой глядя в ее тревожные глаза, невольно подумал: кое-чему смог бы научить свою симпатичную учительницу и он сам.

– В чем дело, мисс Баррингтон? Боитесь, что не сумеете ответить на вызов? – насмешливо спросил девушку Эш.

Элизабет гордо выпрямилась.