Что ж, муж изучил меня довольно хорошо. Ничего не скроешь.

— Я хочу сводить Джинни в «Теремок», — созналась я.

— По местам, так сказать, боевой славы? — усмехнулся Андрей. — Сходите. Минут десять у вас есть.

— А вы снами не пойдёте? — удивилась Джинни.

— Это тебе всё в новинку, — Рыська подмигнул ей, — а мы там всё видели.

— Эх! Нет у тебя, Рыська, такого патриотизма, как у Акелы, — решила я поддеть его. — Идём, Джинни, — я взяла подругу за руку, и мы направились в сторону гостиницы. — Я тебе покажу ещё мониторы.

— Чего ты мне покажешь? — не поняла девушка.

— Приборы, которые показывают живые картинки. Тебя же заинтересовал тот экран в Волчановке.

— Правда? Здорово!

Мы подошли к зданию. «Теремок» понравился волшебнице и снаружи и изнутри. Она тоже задержалась око-ло карты Порубежья.

— А я не думала, что здесь так много поселений. Варя, а ты была в Репкино?

— Нет ещё. Мы были в Град — Гроте, на Яшкиной заимке. Ну, ты там и сама была. В Безмирье ходили. В «Бере-зани» само собой. Теперь вот в Волчановке. А что там ещё осталось? — я тоже подошла к карте. — Олимпика, Репкино, Богатырская слобода, Стивратовка. Это ещё что за название мерзкое? Скит… странно как-то.

— Варя, — прервала мои размышления Джинни, — а в Белогорье ты была?

— Что? В Белогорье? — я с трудом отогнала навязчивую мысль о ските. — Так я там с вашими джиннами воева-ла! Забыла? Я же рассказывала.

— Ага, забыла, что это было в Белогорье. Рыська говорил, что туда очень трудно попасть. Он за всю жизнь там и десяти раз не был.

— Там красиво. Там боги живут, — мечтательно произнесла я. — Скит. Что за скит такой?

— Ты это о чём? — забеспокоилась подруга. Она, как я заметила, вообще была очень неравнодушной особой.

— Вон, видишь, в самом верху справа? Написано «Скит».

— Вижу. И что?

— Сама не знаю, — пожала я плечами. — Мне интересно, чей это скит. Обитаем ли он.

— Так спроси у Рыськи или Яги, — посоветовала Джинни.

— Угу…спрошу…

Я тряхнула головой, пытаясь избавиться от навязчивого желания немедленно бежать и наводить справки об этом самом ските.

— Варя! Да что с тобой? — Джинни трясла меня за плечо. — Давай лучше вернёмся к мужчинам, а то ты сама не своя стала.

— Нет. Сначала мониторы посмотрим, и тогда вернёмся.

Я решительно пошагала в пункт пропуска посетителей Порубежья. Джинни, как только увидела мерцающие экранчики, так и прилипла с расспросами к дежурившему Илье: «Что, да как?» А я снова погрузилась в свои мысли. И что мне этот скит так врезался в голову? В прошлый раз я на него даже внимания не обратила, а сейчас… От Град — Грота не далеко, и от Безмирья, и от Океан — реки. Озеро Лебяжье опять же рядом. Хотя, при чём тут озеро? Постороннее движение я уловила краем глаза. Из восьмого предела выдавливалась (именно выдавливалась) бесфор-менная бурая масса. Она выпячивалась из коридора, потом опять втягивалась обратно, словно её кто-то держал с той стороны. Вдруг в наше помещение выпросталось огромное щупальце, за ним ещё одно.

— Ы-ы-ы-ы-ы-ы!!!! — услышала я собственный голос. Илья и Джинни даже подпрыгнули от моего воя, а стран-ная масса замерла и больше не двигалась. — Ма-а-а-а-а-амочка-а-а-а! — продолжала верещать я, цепенея от ужаса.

— Шайта-а-а-ан! — подхватила эстафету Джинни.

— Ю-у-у-у-у-у-до! — забасил Илья и бросился на пришельца.

Мы ожидали, что он начнёт изгонять непрошенного гостя пинками, или кулаками, или и тем и другим сразу. Мы бы ему помогли. Но, вместо этого он начал тащить его из коридора, и тащить довольно нежно.

Я перестала орать, смутно догадываясь, что сия сущность тоже принадлежит этому миру. Может это в гости к Боцману родственник какой пожаловал, да в коридоре застрял. Джинни тоже успокоилась и с интересом наблюдала за извлечением гигантского осьминога из тесного помещения.

— Ты ничего другого придумать не мог? — ворчал тем временем Илья. — Нашёл, в кого превратиться! Тащи те-перь тебя! Уменьшись, идиот! — осьминог действительно сдулся в размерах и, наконец, вывалился из злосчастного коридора, держа в шести щупальцах из восьми, по огромному чемодану. — С приездом! — недовольно поприветствовал Илья гостя. — Барышень напугал!

Осьминог, хоть и оставался гигантских размеров, был довольно мил. Цвет с бурого он сменил на серебристо — серый. Поза у него была совершенно мультяшно — классическая — туловище опирается на свёрнутые в колечки щу-пальца. Чемоданы, впрочем, он из них не выпустил. Посередине туловища на нас смотрели абсолютно человеческие синие глаза.

— Вроде у осьминогов глаз нет? — спросила я не известно кого.

— А чем тогда он смотрит? — отозвалась Джинни.

— Ты бы уж нормальный вид принял, — укоризненно проворчал Илья, — никто твои чемоданы не тронет! Ишь, вцепился.