— Твое величество, — Тунрат не стал заходить, а по своей привычке просунул голову в дверь, — Генерал Комен говорит, что все готово. Можно приступать.

— Отлично, — король легко встал с кресла и направился в сторону тронного зала. Сейчас он, как заправский артист, покажется перед публикой. Только кланяться естественно не придется. Ему будут кланяться. Этим театр и отличается от королевского двора: исполнитель главной роли красуется на сцене, а публика бьет поклоны. Возможно, более существенных отличий и нет.

Тронный зал короля Ранига был не очень велик. Это — одна из причин, почему Михаил решил перестраивать дворец. Королевству, увеличивающемуся в размерах, необходима большая роскошь.

Все желающие в зале не поместились, а на открытом воздухе король отказался проводить мероприятие. Ему требовалась торжественность. Поэтому круг допущенных на церемонию пришлось ограничить высокородными дворянами, некоторыми из ишибов, частью офицеров и послами соседних стран.

Сержант Верон Снарт, дальний родственник Инкит, бывшей любовницы короля, скромно стоял почти у самой стены. Его звание способствовало незаметному поведению. В тронном зале находился цвет офицерства. Он был одним-единственным сержантом. И это не осталось незамеченным.

Неподалеку от Верона обосновались две красивые дамочки, лидеры местного женского общества. Тагга Шартена Зетен, сестра советника Миэльса, и далла Улара Ортак. Они терпеть не могли друг друга, что совсем не мешало им мило болтать и при случае обмениваться сплетнями.

— А это что за симпатичный юноша? — тагга показала на Верона, — Я ошибаюсь или он в низком звании?

— Сержант, — фыркнула Улара, — Это что-то типа десятника. Интересно, как десятник здесь оказался?

— Да, ты разбираешься в званиях, — Шартена не упустила случая уколоть собеседницу, — Этот твой капитан, который тебя бросил, был очень даже ничего.

— Он меня не бросал, — с улыбкой ответила Улара, — Просто понял, что ничего не добьется и прекратил ухаживания.

— Ну да. Заблудился на пути в твою спальню. Несколько ночей подряд. Вот и разочаровался, — заметила Шартена, — Так любой разочаруется.

— Ты бы меньше платила моим служанкам. А то скоро они станут богаче тебя, получая два оклада, — не осталась в долгу далла, — А твое финансовое положение всем известно.

— А что означает этот рисунок на плаще сержанта? — тагга перевела разговор, — Лошадь, зачеркнутая какой-то палкой.

— Видимо, знак полка или батальона. Так теперь называются армейские подразделения.

— Я знаю. А этот сержант совсем юноша. Как его сюда пустили? Даже для моего дяди не нашлось места.

— Твой дядя сглупил, — сказала далла, — Попал под подозрение к Комену. Хорошо, что еще жив остался. Его величество не любит двойную игру. Ох, как не любит. Взгляни как этот сержант на тебя смотрит.

— Скорее, на тебя.

— На тебя, Шартена, на тебя.

— Пусть смотрит. Мы же смотрим на него.

— Да. Шансов у него нет. Какой-то десятник.

— Вот именно, — тагга продолжала разглядывать сержанта как диковинку, — Подумать только. Мой дядя — такой знатный дворянин, а вместо него пустили простого солдата.

— Шартена, кажется он собирается подойти к нам. Точно! Идет.

— Дурачок.

Верон Снарт, увидев, что две красивых женщины смотрят на него и при этом улыбаются, недолго раздумывал. У него не было никакого опыта в общении со знатными дворянками, но в том круге, в котором он вращался, подобное поведение говорило об одном — с ним хотят познакомиться. И как истинный мужчина, сделал первый шаг к знакомству.

— Приветствую вас, леди, — поклонился сержант, подойдя поближе, — Здесь сегодня многолюдно, не правда ли?

Тагга окинула его презрительным взглядом. Далла с интересом наблюдала за собеседницей, демонстративно отвернувшись от солдата.

— Многолюдно, — сквозь зубы процедила Шартена, — От солдат низкого звания не протолкнуться.

Сержант был очень огорчен и разочарован таким приемом. Ему показалось, что он понравился этой женщине. Постаравшись не выдать своих чувств, коротко поклонился и отошел. Верон чувствовал себя обманутым, он ведь ничего не сделал плохого, а намеки были вполне ясны. Для него причины такого грубого ответа остались загадкой. Однако долго расстраиваться не пришлось. Двери распахнулись и дворецкий возвестил:

— Его величество король Нерман, его величество король Меррет и ее высочество принцесса Анелия!

Меррет и Анелия присоединились к Михаилу непосредственно перед выходом в зал. Принцесса все еще была недовольна, но это проявлялось только наедине. На публике Анелия чинно шла рядом, чуть позади от своего жениха. Ее брат двигался вровень с Нерманом.

В зале для приемов были установлены два дополнительных трона. Если трон для Меррета еще как-то мог быть объясним, то трон для принцессы был чем-то немыслимым. Она, не являясь официально женой короля, должна была стоять. Но Михаил специально пошел на нарушение этикета, собираясь показать всем серьезность своих намерений и прочность союза.