Они услышали голос одновременно, но первой суть сказанного поняла Мари, так и отскочив в сторону. Ричард же интуитивно встал перед Мари, закрывая ее от неизвестной опасности.

Но эту его попытку прервал смех Дианы.

— Вы ведете себя, как нашкодившие школьники. Тони, уведи пожалуйста Стефани.

— Хорошо.

Он поцеловал в лоб жену и, повел за руки сопротивляющуюся Стефани, направляясь с нею наверх.

Диана повернулась к своим друзьям. Ну наконец-то, мелькнуло у нее в голове.

Продолжая молчать, она смотрела на то, как постепенно все краснее становиться Мари и хмурится Ричард.

— Могу я узнать, что здесь только что произошло?

Таким голосом она говорила, когда кого-то очень строго вычитывала. И Мари это знала.

— Понимаешь… Ричард… Мы…

— Она все прекрасно понимает. Иначе бы не усмехалась.

Мари наконец решилась посмотреть на Диану и замолчала. Плечи подруги безудержно тряслись. Она смеялась.

— Я уж думала, этого никогда не произойдет. Придумала несколько планов замужества без ведома жениха и невесты — продолжала между тем сквозь смех Диана. — Надеюсь, ты уже сделал предложение, Ричард.

— Конечно, хотя это тебя и не должно волновать. Это наша личная жи…

Он осекся, вспомнив, как бессовестно лез в ее личную жизнь.

Диана поняла, почему он осекся, но решила ничего не говорить. Бросила лишь весьма красноречивый взгляд.

— Тогда, надеюсь, скоро мы сыграем свадьбу?

Она смотрела только на Мари.

— Нет.

Ричард снова разъяренно обернулся к ней, но она смотрела на Диану и не обратила на это никакого внимания.

Диана знала причину ее медлительности.

— Мари…

Начал было он, но она вновь его перебила.

— Диана должна скоро родить, Ричард, но если мы поженимся сейчас, тебя не будет рядом, чтобы принять роды. А я не смогу быть спокойной, зная, что ей нужна наша помощь. Диана слишком часто помогала нам.

Она обращалась к Ричарду, хотя смотрела исключительно на Диану.

— Хорошо, но потом только попробуй отложить нашу свадьбу хоть на день.

За эти слова он был награжден такой ослепительной улыбкой, что готов бы ждать сколько угодно.

— Я пошлю за доктором.

Тони решительно направился к двери. Вот уже час, как у Дианы отошли воды, а никто до сих пор за ним не отправился.

— Не надо.

Мари абсолютно невозмутимая сидела в кресле, и наблюдала за тем, как муж ее лучшей подруги мечется по комнате, словно тигр в клетке.

— Я знаю, что она может со всем справиться сама, но не кажется ли тебе, что ребенка кто-то должен принять?

Мари улыбнулась.

— Для этого есть Ричард.

— Что?

Он так и остановился посреди комнаты, не веря услышанному.

— Ну уж этого-то я уж точно не допущу.

И он снова направился к двери.

— Ты думаешь, что он увидит что-то новое?

Мари с трудом сдержала смех при виде мелькнувшей ярости.

— Тони, она никого другого к себе не подпустит. Ричард не раз зашивал ее, не раз принимал вместе с ней роды у других. Он знает, что нужно делать.

Он хотел было что-то возразить, но тут в комнату влетела Стефани, так и оставив незакрытой дверь. Кивнув Мари, она направилась прямиком к Тони.

Ему ничего не оставалась, как усесться в кресло.

Забравшись к нему на руки, она выжидательно уставилась ему в глаза. Этот взгляд определенно заставил его на мгновение забыть о предстоящих родах жены. Впервые за все время их знакомства в ее глазах светилось беспокойство.

— Что-то случилось?

Она закусила губу, нерешительно отвернувшись в сторону.

— Стефани?

Тони начинал беспокоиться. Это юное невозмутимое создание не знало, с чего начать, а это по его меркам было уже серьезно. Обычно она шокировала его своими прямыми вопросами или ответами, но нерешительной она не была никогда.

— Мама, она… — Стефани осеклась, не договорив. — С ней все будет в порядке?

У Тони даже камень с души упал. Ясное дело, малышка боялась потерять свою вторую маму, и это ее беспокоило.

— Конечно с ней все будет в порядке. Просто скоро у тебя будет братик или сестричка. Не беспокойся, Ричард не допустит, чтобы с мамой что-то случилось.

Стефани нормальный ребенок, и потому сразу успокоилась, поверив отцу.

Она почти сразу же решила называть Тони папой, шокировав всех, разве что кроме самого Тони, который первым решил, что станет ей лучшим отцом.