Я добрался до бабушки за полчаса и попал бы к ней быстрее, если бы не новый переход на ее ветку, который оказался гораздо длиннее, чем я ожидал. Строители что-то такое предполагали и покрыли стены перехода мозаикой — идти там было нескучно. И приятно, что красота эта была полностью аналоговая, без привычных проекций. На Севере такое любили.

Я остановился у изображения стилизованного морского змея. Казалось, что змей с любопытством смотрит на меня круглым голубым глазом. Я сделал шаг вперед — змей как будто удержал меня взглядом, шаг назад — и змей снова скосил глаз на меня. Чисто игра света, но классно!

Потом я надавал себе по башке и ускорился, ну что я как маленький картинки разглядываю.

Бабушкина квартира находился в небольшом дорогом квартале. Никто меня ни о чем не спросил, только две камеры заметно развернулись в мою сторону. Да, да, я знаю, куда иду, мысленно пообщался с ними я.

Я поднялся на лифте на восьмой этаж и протянул руку к звонку, но позвонить не успел. Дверь распахнулась — на пороге стояла бабушка Ана.

— Сашенька! — обняла меня она, едва я успел переступить порог.

— Ба!

Я нежно обнял бабушку. Мы были почти одного роста, ба у нас всегда была самой высокой.

— Ты, по-моему, похудела, — осуждающе сказал я.

— Даже если и так, мы сейчас это поправим, — весело ответила она.

Я принюхался.

— Пирожки! С картошкой и грибами! Когда ты успела! — восхитился я.

— Сдобное тесто быстро подходит.

Мы сели пить чай. Ба, к счастью, не стала говорить, что она ничего не будет, а то бы я ее точно во всем заподозрил, и отстала от меня всего на один пирожок.

— Ну, ба, рассказывай! Где вы скрывались, что вообще происходит?

— Сначала ты, — улыбнулась бабушка.

Пришлось мне, бабушку не переупрямишь. Я в красках рассказал, как я поступал, как меня взяли сначала в инкубатор, а потом к Трилобитам, и что мы пока что ничего не добились. И у меня классные друзья, один из которых ивент-менеджер, доктор и философ.

— Подожди, у тебя три друга?

— На самом деле больше, это только те, что в комнате со мной живут. Это только один из них вот такой три в одном, я его привезу с собой, а другой просто чуткий друг, а третий у нас самый старший. Задает неприятные вопросы. Его обычно хочется убить, когда он их задает, а потом ничего. Видишь некий смысл.

— А его привезешь?

— Не, — я потянулся еще за одним пирожком. — У него жена и ребенок, он к ним поедет. С самого начала так собирался. Ему закрытый корпус на каникулы погоды не делает.

— Так вас выгоняют! — бабушка хлопнула в ладоши. — Как я вовремя приехала!

— Да, ба, у тебя идеальный тайминг, — ухмыльнулся я. — У нас были варианты, но все вчера сплыли.

— Вот и хорошо. А то не знаю, как бы я выдержала конкуренцию. Никаких особенных развлечений у меня не предусмотрено. Если только вы себе лыжи на чердаке найдете. Каток в поселке зальют.

— И прекрасно, — кивнул я. — Найдем чем заняться. Ну, ба, давай, рассказывай, чего там отец задумал.

— А, да, — бабушка помрачнела и протянула руку к чайнику. — Он, знаешь ли, в своем репертуаре. Не хочет ни с кем ссориться и выяснять отношений.

— Обычно у него для этого армия нахлебников есть. Выставить по периметру, да и всё.

— Совершенно верно. Однако, когда тебя желает видеть Глава территории, все намного сложнее. Поэтому он запланировал уйти с радаров до того, как какой-нибудь глава этого захочет.

— И сколько он так планирует прятаться?

— А уже всё. К нему почти потерял интерес глава Севера, и, значит, он появится здесь в конце января. Я поэтому и открываю дом, потому что твой папа планирует там жить. Насчет мамы я не уверена, мне кажется, она уже насладилась компактным семейным досугом. Да здесь еще и старые подруги остались, и возможно она в нормальной студии захочет записаться. Но в любом случае они оба сюда приедут.

— А что, — осторожно спросил я. — Насколько на него можно давить?

— Проблема не с давить. А в том, что его возможности ограничены, и он может их только перераспределять. Но распределить сто процентов в одну сторону — не очень хорошая идея, поэтому он аккуратно поддерживает баланс шестьдесят на сорок в пользу Севера. Всегда так было. А в последний месяц в пользу Севера было даже побольше, поэтому он и появится здесь с чувством выполненного долга. Надеюсь, они больше ничего от него не захотят.

— Я тоже надеюсь, — медленно проговорил я, осознавая, насколько отсутствие прогресса у нас бьет по отцу.