В зале было прохладно, предполагалось, наверное, что в холоде лучше думается. Я выбрал себе кабинку и забурился внутрь.

Передо мной висел большой экран и стационарная клавиатура перед ним. Давненько я такого не видел. У меня самого клавиатура выводилась либо на самом планшете, либо я выводил виртуальную вокруг комбраслета. Я понажимал на кнопки: а приятно. Чистая механика на пружинках. Завести себе что ли такую? Но куда я ее дену, у меня и места нормального рабочего нет. Я высунул голову из кабинки и заглянул в соседнюю, где заземлился Питон. Ого! Эти клавиатуры еще и цвета разного. Мне досталась зеленая, а Питону розовая. Милота!

Постепенно зал заполнился, не в том смысле, что не осталось мест, а в том, что все пришли. Ага! Никто не хочет пересдавать тест в гордом одиночестве. Хотя списать нельзя, коллективный забег помогает морально. Как я успел узнать, этот тест давал допуск к экзамену в зимнюю сессию, да и вообще обеспечивал половину успеха.

Перед нами стояли Катапульта, наш препод, и Эксцельса, препод пятилетников. Катапульта быстро нам объяснила, что нам всем предстоит тест в формате множественного выбора. Когда мы приложим карточку студента к считывающему устройству, на экране появится нужный вариант. Поскольку они у нас с пятилетниками разные. На всё про всё было выделена целая пара.

Действительно, сбоку на столе притаилось считывающее устройство. Приложил карту, и на экране появился первый вопрос.

1. Вы создаете автономную систему навигации для исследователей Северо-Восточной части Северных территорий. Сколько времени вы должны заложить на ее нормальное функционирование в автономном режиме до принудительной подачи сигнала SOS?

Варианты ответа:

— 24 часа

— 2 недели

— 6 месяцев

— зависит от статуса экспедиции

Я подумал и выбрал последний вариант. В нашем деле, если есть вариант, который начинается со слов «зависит», то, скорее всего, он и правильный. Мы же прикладники. И еще одно — вдруг это школьники что-то исследуют? Тогда их надо спасать до наступления темноты, потом понятно, что будет. Придет медведь, и будет у него закуска.

Машина мигнула, приняла мой ответ и выкинула следующий вопрос. Ага, итоги в конце. Ладно. Тут вопрос занимал аж полстраницы, и я углубился в чтение.

Гелий еще вчера сообщил, что утром едет в Министерство, и свалил посетителя на Марго с Рудником. На их крики, что они понятия не имеют, что надо делать с писателями, ответил, что и он тоже, так что им и карты в руки.

Писатель был прислан Минкультом на лицензирование — новая идея, посетившая руководство культурой состояла в том, что писатель должен понимать, о чем он пишет, и достоверно передавать материал.

— А что, если он пишет о драконах? — спросил Рудник. — Этот материал куда сдавать?

— Вот его и спросите, — велел Гелий. — Мне тоже интересно.

Пока ждали писателя, запросили Минкульт на предмет того, как должна выглядеть лицензия. Выяснилось, что лицензию выдаст сам Минкульт (гениально!) на основании доказательств университета.

— То есть мы должны взять на себя ответственность, что там у него в голове сварилось? — возмутился Рудник. И настрочил в Минкульт гневное письмо.

Минкульт моментально сдал назад и заявил, что базового понимания достаточно, проверить его можно в личном разговоре, написанную книгу читать необязательно.

— Какой-то бред, — возмутился Рудник.

— Да ладно, — отмахнулась от него Марго. — Все равно с утра у нас ни пар, ни заседаний, давай поиграем в писателя.

На этом и остановились.

Писателем оказался маленький лохматый человечек, похожий на енота. Сходство с непоседливым животным усиливал мягкий серый костюм и маленькие енотские руки, которые сейчас отбивали подлокотниках кресла нечто похожее на вступление к «Пещере горного короля». Писателю было очень неловко: он переживал больше Марго с Рудником. У его ног притаился рюкзак приличного объема, как будто писатель собрался в недельный поход.

— Понимаете, я бы очень хотел писать об органиках. Тем более, когда происходят такие интересные изменения…

— Нон-фикшен? Документальную прозу будете писать? Всё ведь переврете, — скептически осведомился Рудник.

— Нет-нет, к нон-фикшену я потерял интерес. Вымысел на реальном материале. Я бы и так попытался с вами познакомиться, но меня ускорила инициатива Минкульта.

— А что будет, если вы не получите лицензию?

— Никто пока не знает. Ходят слухи, что издаваться не запретят, но на обложке может появиться числовой код вместо имени. Или вместо названия. Или будут ставить гриф «НЕписатель». Это неприятно, читатели не оценят, и продаваться будет хуже… И никакую премию не дадут.