— Сгинь, нечистая! — потряс я головой, и видение действительно исчезло. Вернее, не то чтобы просто пропало, я успел заметить, как силуэт моего гостя ввинтился в щель между стеной и шкафом. Все-таки в космос мне пора рановато. Чистые легкие отсутствие проблем с головой не гарантируют.

Минуту я сидел без движения, чутко прислушиваясь к каждому шороху, но ничего необычного больше не происходило.

— Фух, — выдохнул я. — Привидится же всякая чушь. Так и до психушки недалеко.

Я задумчиво посмотрел на турку, прикидывая, стоит ли вливать в себя еще одну чашку кофе. Если на старой гуще попробовать, то получится, конечно, не очень вкусно, но по крайней мере взбодрит. Или хватит?

Может быть, я и так уже превысил все разумные нормы? Мозг хочет отдохнуть, поэтому и посылает мне галлюцинации в качестве сигналов, что надо не дурью маяться, а просто-напросто спать ложиться?

— Извините, — внезапно услышал я детский голос. — А почему вы меня нечистым назвали? Я в баню с дедушкой совсем недавно ходил.

Наверное, в этот момент я оцепенел от неожиданности, иначе бы просто заорал, а заодно и подпрыгнул.

Аккуратно развернувшись, я узрел прямо перед собой невысокого человечка в забавных светло-синих спортивных штанах и футболке с изображением трех мультяшных котят. Росточком он едва доставал мне до пояса и по комплекции напоминал десятилетнего мальчишку.

Я все-таки подпрыгнул на месте, перевернулся и ошарашенно плюхнулся в кресло. Да уж! Сегодняшний день явно планирует превзойти всю мою предыдущую жизнь по количеству событий, причем резко выбивающихся из привычного мировоззрения.

— Здравствуйте, — поклонился мне в пояс коротышка. Стесняется, похоже. Вон, даже ножкой в растоптанных кедах по ламинату загадочные фигуры выводит. — Разрешите с вами познакомиться.

Стоявшее передо мной существо вызывало ассоциации с хоббитом, но мозг отчаянно кричал, что хоббитов не существует. Мелькнула мысль, что меня банально кто-то разыгрывает. Ну а что такого? Пригласили карлика-актера, вот он и ломает комедию…

— Меня зовут Емеля, — тем временем изобразило улыбку существо из категории «неведома зверушка». Кстати, вполне себе милую улыбку. — Я ваш домовой. Ну, не в смысле лично ваш, а проживающий на вашей территории. Вернее, это вы живете на моей территории. В смысле в этом жилом комплексе… Ну… Вы же меня поняли?

Я молчал. Единственное пока, что я понял, — стоящее напротив меня существо не Волан-де-Морт, а значит, я гарантированно не Гарри Поттер. Да и вообще на чудовище этот малыш не тянет. Лицо вполне себе человекоподобное. Я бы даже сказал — смесь обезьянки и обычного человека. Причем взрослого человека, а не ребенка, как можно было ожидать услышав голос.

Руки ноги стандартные, щупалец или хвоста не видно. Может быть, все-таки хоббит? Да нет, хоббиты вроде шерстяные должны быть. Значит, эльфы. Хотя нет, тоже не подходит. У эльфов уши острые, а здесь вполне обыкновенные. Гномы? Тоже нет, для гномов слишком щуплый. Крыльев не видно, так что точно не ангел и не дракон. Хотя…

Мозг отчаянно цеплялся за знакомые ассоциации, вспомнив даже мультик про домовенка Кузю и Нафаню. Да нет, нос обыкновенный, не пуговица и не картошка. Уши не острые, значит не эльфы. Может быть…

— А почему вы молчите? — спросил Емеля. — Я вас чем-то обидел?

— Да нет, — пожал я плечами, внимательно разглядывая домового. — Просто растерялся. Я никогда раньше с такими, как ты, не разговаривал. Вот и удивился. А почему ты раньше мне не показывался?

— Раньше у вас силы не было, — послушно, словно отвечающий на уроке школьник, объяснял мне Емеля. — А раз не было, значит, вы обычный человек, и таких, как я, вам видеть не следует.

— А сейчас? — невольно заинтересовался я.

— А сейчас у вас есть сила — значит, вы уже не относитесь к категории обычных людей.

— Понятно, что ничего не понятно, — почесал я макушку. — Емеля, а ты уверен, что у меня есть какая-то сила? Я вот, например, совсем ничего не чувствую.

— Я не знаю, я просто чувствую, — виновато пожал плечами домовой. — Может быть, сила есть, но вам ей нельзя пользоваться? Или не умеете.

— Так, Емеля… — Я задумчиво почесал лоб, глядя на стоящего передо мной домового. — Ты чай любишь?

— Я больше кофе люблю, — потупился малыш, как будто сказал что-то очень неприличное. — Только не растворимый, а настоящий, из турки.

— О как, — восхитился я. — Ну тут я, наверное, окажусь плохим хозяином. Турка есть, а вот зерна закончились.

— Ну нет так нет, — вздохнул Емеля. — Дедушка вообще говорит, что нам, домовым, пить кофе нельзя.

— Почему? Болеете? — Мозг отчаянно требовал хоть какой-то ясности в ситуации и цеплялся за любую связь происходящего с реальностью. — Что такого плохого в кофе?