Доктор Харрис выжидающе посмотрел на меня. Я на мгновение заколебалась, прежде чем кивнуть ему. Может быть, это был не Кай, обычно он не стучал, когда хотел войти в комнату, обычно он просто входил.

То, чего хотел Кай Вулф, Кай Вулф брал.

– Войдите, - позвал Док Харрис, и без колебаний дверь распахнулась, и вошел человек, который изменил мою жизнь.

И не обязательно к лучшему.

Мужчина, который в равной степени сводил меня с ума своей напористостью и высокомерием, но при этом заставлял испытывать желание, которого я никогда раньше не испытывала, даже если мной манипулировали, заставляя испытывать к нему какие-то чувства. Теперь это не имело значения, эти чувства были там, и они были очень реальными.

Он выглядел иначе, чем когда я видела его в последний раз. Кай всегда был воплощением совершенства: опрятный, в безупречных костюмах и полный уверенности. Он шел развязной походкой, сильный и уверенный в себе. В атмосфере опасности, которая его окружала, было ясно как день, почему у него была такая репутация. Он был не из тех, с кем можно связываться.

Но мужчина, вошедший в комнату, был за миллион миль от того, к которому я привыкла.

Он был сломлен.

Кай выглядел усталым. Старше своих тридцати пяти лет. Под глазами у него были тяжелые темные мешки, и там, где он всегда был чисто выбрит, теперь на его точеном лице росла темная щетина.

И разве это не делало его еще красивее?

Исчезли его элегантные костюмы и накрахмаленные рубашки, вместо них он был одет в черную футболку и черные джинсы. Я никогда раньше не видела его таким непринужденным, и это нервировало меня еще больше.

Он вошел в комнату, его глаза сразу же нашли мои, и в ту секунду, когда они встретились, его напряженное тело расслабилось, как будто до этого момента он держал на своих плечах всю тяжесть мира.

– Спасибо, черт возьми, - вздохнул он, проводя рукой по копне волос у себя на голове. Но он не сделал ни малейшего движения, чтобы пройти дальше в комнату, и по какой-то причине чувство страха, ощущение того, что произошло что-то плохое, неимоверно усилилось.

Никто из нас ничего не сказал, мы молча смотрели друг на друга. Смесь разных эмоций закружилась в моей голове и в моем сердце. Я больше не злилась на него за убийство Тоби. Сначала я отрицала это, но в глубине души знала, почему он это сделал. Он защищал меня, и как я могла злиться из-за этого?

Но вместо гнева его место заняла тревога. Беспокойство по поводу того, почему я лежу в постели с раскалывающейся головой и больной рукой, и беспокойство из-за плохого предчувствия, которое росло по мере того, как я смотрела на него. К этому примешивалось облегчение от того, что с ним все в порядке, по крайней мере, физически. Он практически вибрировал от напряжения, что было совсем не похоже на Кая, которого я знала.

Только когда доктор Харрис прочистил горло, я вспомнила, что он был с нами в комнате, и отвела взгляд от Кая.

– Хорошо, я оставлю вас двоих поговорить, - он пересек комнату, но остановился, собираясь уходить, и обратился к Каю: - Пожалуйста, постарайтесь не расстраивать Райли, мистер Вульф, она все еще страдает от сотрясения мозга, и было бы разумно не доводить ее до нервного срыва.

Сотрясение мозга?!

Это, по крайней мере, объясняло пульсацию в моем черепе. Серьезно, что, черт возьми, произошло?

Из груди Кая вырвалось урчание, очень похожее на недовольное рычание, но он ничего не сказал, просто кивнул доктору головой. Доктор Харрис бросил на меня последний взгляд, который больше походил на гримасу, чем на что-либо другое, прежде чем выйти из комнаты, тихо закрыв за собой дверь.

Кай сделал неуверенный шаг ко мне, и я заметила его нерешительность, но он, казалось, встряхнулся. В три больших шага он добрался до моей кровати и, наклонившись, нежно поцеловал меня в макушку.

– Черт возьми, Звездочка. Я так волновался, - его губы коснулись моих волос, когда он говорил, посылая восхитительные мурашки по моей спине. Я закрыла глаза, наслаждаясь ощущением его присутствия, когда его запах окутал меня.

Мне казалось, что я дома.

– Как ты себя чувствуешь?
– спросил он, отстранившись и сев на стул рядом с моей кроватью, схватив мою руку с канюлями и удерживая ее в своей.

Я привыкла к тому, что Кай был мрачным и задумчивым, но он был более напряженным, чем я когда-либо видела раньше. Его темные глаза, почти черные при слабом освещении, осмотрели те части моего тела, которые не были скрыты одеялами, прежде чем вернулись и впились в мои.

– Как будто меня сбил восемнадцатиколесный велосипед, - честно ответила я, потому что теперь я больше привыкала к этому, я начинала чувствовать каждую боль, и все мое тело болело.
– Кай, пожалуйста, расскажи мне, что произошло.

Он громко вздохнул и откинулся на спинку стула, но не отпустил мою руку. Его большой палец пробежался по костяшкам моих пальцев, точно так же, как он делал всякий раз, когда мы были в его машине. Как будто это был его способ напомнить себе, что я действительно была там.

– Что ты помнишь?

Я разочарованно вздохнула.
– Я была в своей комнате и злилась на тебя за все, что случилось с Тоби, - его взгляд стал жестче, прежде чем я быстро добавила: - Но я поняла, что, возможно, была несправедлива. Я не хотела, чтобы ты убивал Тоби, но я признаю, что у тебя были на то причины. Я хотела поговорить с тобой, я думала, что приду и найду тебя, а потом..... ничего. Просто темнота.