Движение на экране привлекло мое внимание, когда Райли отошла от Джейн и вышла из камеры. Через несколько секунд мой телефон снова предупредил меня о том, что она вызвала лифт. Мне потребовалось всего десять секунд, чтобы решить, каков будет мой следующий план действий.

Изо всех сил стараясь сохранить невозмутимость, чтобы она не смогла заметить кипящую у меня под кожей ярость, я вышел из кабинета и направился по коридору, готовый перехватить ее.

– Уф!
– Райли сказала, когда завернула за угол и врезалась прямо мне в грудь. Я схватил ее за бедра, чтобы поддержать, на лице моей хорошенькой маленькой звезды было написано чувство вины.
– Кай, я тебя не заметила.

Я притянул ее ближе к себе.
– Где ты была, детка? Я проснулся, а тебя не было, - тихо ответил я. Мой голос почти сорвался от опустошения, разрывающего меня на части. Было почти чертовски невозможно вести себя так, будто ничего не произошло, что я не знал, что она что-то скрывает от меня. Когда мои руки снова касались ее, мне ничего так не хотелось, как отнести ее обратно в нашу постель и забыть обо всем этом.

Вчера, когда я провел день, трахая ее до бесчувствия, я был в неведении, я намеренно не позволял себе думать об этом дне, и все, чего я хотел сделать, это сделать то же самое сейчас, отвести ее обратно в постель, трахнуть до беспамятства и забыть обо всем.

Она не могла встретиться со мной взглядом, и это только усугубило и без того зияющую рану у меня в груди.

– О, я пошла за водой, - ответила она, заправляя прядь волос за ухо. Даже если бы я не видел видеозапись, я бы понял, что она лжет, она была ужасной лгуньей.

Но, солгав мне, она только что решила свою судьбу.

Я наклонился вперед и легонько поцеловал ее в кончик носа, а в ответ она одарила меня застенчивой улыбкой, вонзая воображаемый нож, которым она орудовала, глубже в мое сердце. Я улыбнулся ей в ответ, одарив улыбкой, полной любви, вселяя в нее ложное чувство безопасности, но прекрасно понимая, что Райли вот-вот почувствует всю силу моего гнева.

– Пойдем со мной, я хочу тебе кое-что показать, - я не оставил ей никакого выбора в этом вопросе, убрав руки с ее бедер, я схватил ее за руку и повел по коридору в свой кабинет.

Она не сопротивлялась. Знала ли она, что находится на пути к встрече с монстром, который жил внутри меня, или думала, что я снова затащу ее в постель, мне было все равно. В любом случае, она последовала за мной, ее мягкая рука была сжата в моей большой руке, когда она бесшумно ступала за мной.

Когда мы добрались до моего кабинета, я втащил ее в дверь, закрыл ее за нами и подвел к письменному столу. Я повернулся, чтобы посмотреть на нее, ожидая увидеть замешательство на ее лице, но вместо этого меня встретил взгляд, полный страха.

Страх от осознания того, что ее уличили.

– Кай...
– нерешительно начала она, но я не дал ей возможности заговорить. Пока нет.

– Тише, звезда, - пророкотал я, и она мгновенно замолчала, опустив взгляд в пол, как маленькая непослушная школьница.

Сев в свое кресло, я притянул ее к себе на колени, обхватив одной рукой за талию и крепко прижимая к себе, так что у нее не было ни малейшего шанса пошевелиться. Ее сочный аромат окутал меня, и, несмотря на гнев, который я испытывал, он успокоил меня. Даже сейчас, когда она была источником моей ярости, она все еще была единственной, кто мог утихомирить бурю внутри.

Свободной рукой я дотянулся до своего ноутбука и нажал несколько кнопок, и через несколько секунд запись ее разговора с Джейн ожила. Она извивалась у меня на коленях, ее аппетитная задница извивалась напротив моего члена, который с каждой секундой становился все тверже, только это не давало отсрочки, в которой он так остро нуждался.

Дыхание Райли участилось, когда слышимый разговор между ней и Джейн затих, сменившись их жестикуляцией. Пульс застучал у нее на шее, когда она попыталась подняться с моих колен, но я притянул ее ближе к себе, до боли сжимая ее талию.

– Кай, ты делаешь мне больно, - она поморщилась и снова попыталась встать.

Никогда в жизни я не чувствовал себя виноватым за то, что причинил кому-то боль, но, черт возьми, именно тогда я почувствовал. Осознание того, что я причиняю ей физическую боль, разрывало меня изнутри на части, но я не мог остановиться, не мог заглянуть дальше предательства, разыгрывающегося передо мной.

Я схватил ее за подбородок и удержал на месте, заставляя смотреть на экран.

– Причиняю такую же боль, какую ты причинила мне своей ложью, Райли?
– усмехнулся ей на ухо, тонкая ниточка, удерживающая мой контроль на месте, вот-вот порвется.

С истинной храбростью Райли, которой я всегда восхищался в ней, она вырвала свой подбородок из моих объятий и вырвалась из моей руки, царапая меня ногтями, чтобы повернуться ко мне лицом. Когда она извивалась достаточно, чтобы повернуться, ее щеки были красными, а ноздри раздувались. У нее хватило гребаной наглости разозлиться на меня. В любой другой ситуации я бы нашел это милым. Милым. Но не сейчас, не тогда, когда я был таким чертовски кровожадным.

– Это не то, что ты думаешь, - коротко ответила она. Ее отношение стало последним ударом, контроль, за который я изо всех сил старался держаться, лопнул, когда ярость вскипела и вырвалась из меня, как извергающийся вулкан.