— Ты новенький. — Это не вопрос, я уже знаю ответ. — Как тебя зовут?

— Л-Лоренцо, сэр. Извините, мистер Маккеннон. Я не узнал вас с опущенной головой.

Осматривая казино, мне не требуется много времени, чтобы найти проблему.

За ближайшим игровым столом танцует женщина, но она старательно отводит от нас взгляд. Вышибала, однако, виновато смотрит на женщину, прежде чем вернуться ко мне.

Я бочком подхожу к нему поближе, небрежно подбрасывая серебряную фишку и занимая пространство между нами. Мои губы растягиваются в кривой усмешке.

— Хорошенькая, не правда ли? — Я наклоняю голову в сторону женщины с сиськами, поднятыми до подбородка блестящим черным лифчиком, и засовываю свою фишку обратно в карман пиджака.

Вышибала немного расслабляется и наблюдает за ней, как идиот, с глупой улыбкой на лице.

— Да, босс, она просто прелесть...

Он кряхтит, когда дуло моего пистолета упирается ему в ребра. Под тем углом, под которым я стою, никто не может увидеть мое оружие в темном коридоре. Я хлопаю его рукой по плечу, когда его широко раскрытые глаза встречаются с моими.

— Теперь представь, что это нож. Представь, что я вонзаю это лезвие тебе между ребер в твои драгоценные легкие. Я мог бы отнести тебя в одну из уборных швейцара, и никто не узнал бы, что ты захлебываешься в собственной крови, пока не станет слишком поздно. Стоит ли тебе жизни пялиться на эту киску?

— Н-нет.

— Умный человек, потому что оно действительно того не стоит. Ты здесь для того, чтобы обезопасить Маккеннонов и всех, кто верен их имени.

Я отстраняюсь и сжимаю его плечо достаточно сильно, чтобы заставить его вздрогнуть, когда убираю оружие в кобуру. Капелька пота стекает по его виску и капает на пиджак.

— Маккенноны не из тех, кто дает второй шанс, но ты новичок, так что пусть это будет твоим предупреждением. Это Вегас, Лоренцо. Если ты позволишь чему-то столь банальному, как киска, помешать своей работе, в следующий раз, когда начнется засуха, ты всплывешь на поверхность озера Мид. Понял?

Он с энтузиазмом кивает мне, и я еще раз для пущей убедительности сжимаю его плечо, заставляя его вздрогнуть от хватки.

— Удачи тебе с этим блуждающим взглядом, солдат.

Я прохожу мимо него в зал для крупных игроков, где атмосфера мгновенно становится тише и менее задымленной. Настольные игры более сдержанны, поскольку ставки выше, а игроки опытнее обычного туриста. Я подхожу к красной занавеске в глубине зала.

Мерек встречает меня там с таким свирепым видом, что морщины проходят от его лба до блестящей коричневой головы. Его губы хмурятся под короткой козлиной бородкой цвета соли с перцем, а огромные руки скрещены на груди, почти полностью разрывая его черный костюм.

— Ты это видел? — Я знаю, что видел. Мерек собирается надрать задницу бедному Лоренцо.

— Лучше бы я этого не видел.

— Ты должен следить за своими людьми, приятель. Я не хочу топить собственных солдат.

— О, этого больше не повторится. Я позабочусь об этом сам. — Прежде чем отодвинуть занавеску, он кивает в сторону комнаты, и я слегка наклоняюсь, чтобы услышать его тихий шепот. — С твоим отцом их там пятеро. Муньос, Милтон, Томсон и тот итальянец, Лучиано, со своим капо из Нью-Йорка.

Не считая отца, троим из этих людей я доверяю свою жизнь. Другой предан богатству и власти Маккеннонов, и последнего даже не должно быть в этой чертовой комнате, но его босс будет держать его в узде.

— Значит, обычные подозреваемые. Они знают?

Он кивает.

— Хотя пока никто ничего не сказал. Я думаю, они ждут твоего прибытия, чтобы обсудить последствия. Предупреждаю, что секундант Лучано уже успел пару раз выпить, прежде чем пришел сюда. Я подозреваю, что он будет буйствовать.

— Идеально. У меня есть некоторая сдерживаемая агрессия, которую я до смерти хочу выплеснуть.

Мерек фыркает.

— Предполагается, что женитьба, э-э, снимает это напряжение. По крайней мере, мне это помогает.

— Ну да, ты нравишься своей жене, приятель. Не все мы можем совершить первый удачный шаг.

— Постарайся в следующий раз не похищать ее. Я слышал, это помогает.

— Чертова задница, — бормочу я себе под нос, когда Мерек тихо смеется надо мной и отодвигает занавеску, чтобы я мог войти.

Красная комната небольшая, всего с четырьмя столами для баккары, блэкджека, рулетки и покера. Сигарный дым наполняет комнату, щиплет глаза, несмотря на то, что я уже должен был бы к нему привыкнуть. Игроки есть только за крайним правым покерным столом, и их болтовня прерывается звуками стука покерных фишек о карточный стол.

— Сын мой! Я занял тебе место, парень, — кричит папа с длинной сигарой «Royal Courtesan» во рту. Ее золотая обертка и ободок, усыпанный бриллиантами, поблескивают в свете витражей от Тиффани над головой.