Заслушав еще доклады, в том числе и графа Ряжского, который сообщил о потраченных материалах, Элайна закончила совещание, сообщив, что все могут отдыхать или что там планировали.

Капитан Дайрс, однако, задержался. Дождался, когда все выйдут, пересел в кресло поближе к Элайне и глянул на неё.

— И зачем? — спросил он. — Спрашиваю на правах друга… Или уже нельзя?

Элайна, уже хотевшая разразиться гневной отповедью, резко сдулась. Нахохлилась.

— Что зачем?

— Вот это с врачом?

— Он меня взбесил. Он даже не подумал, что нужно выяснить число раненых, сколько каких, выяснить, что там нужно. А вдруг чего-то не хватает?

— Полагаешь, что после такого вот он станет лучше работать?

— Он не справился.

— А новый человек без опыта будет лучше?

— Я… Он… Новый будет знать, за что убрали старого.

— Это не опыт.

— Я не права?

— Торген, безусловно, виноват. Но вы, ваша светлость, отреагировали чересчур резко. Втык, он, безусловно, заслуживал. И надо было конкретно объяснить, за что. Вот если он и второй раз так облажается… Тут уже да, снимать. Необучаем.

— Второй шанс, да? — Элайна потерла лоб.

— Вы всегда всё делаете с первого раза? Всегда всё сразу получается? Особенно, если беретесь за дело, которым раньше не занимались?

Девочка поморщилась.

— Ладно, я поняла. Погорячилась, согласна. Но, Дайрс, если он снова такое выкинет… Извини. Люди не объекты для приобретения опыта. Ведь ничего сверхнеожиданного я не просила. Даже мне понятно, что оценка своих потерь — первое, что нужно сделать после боя. Это настолько сложно сообразить? Ладно, уборщиком расточительно, врач хороший, всё-таки, но будет вечным уездным врачом. Это я обещаю. Раз руководить в принципе неспособен. Необучаем, как ты говоришь.

— Я доведу до него то, что необходимо понимать руководителю.

— Надеюсь на вас, капитан. И отдыхайте. Теперь моя очередь поработать. Вы тогда верно сказали — каждый должен делать то, что у него получается лучше всего.

— Ваша светлость? — Дайрс наградил девочку очень подозрительным взглядом. Та улыбнулась.

— Не переживайте, ведь ваши гвардейцы не дадут мне наделать глупостей. Я всего лишь хочу пообщаться с магистратом и людьми.

Капитан явно не очень поверил в благоразумие леди, но и спорить не стал, понимал, что всё равно сделает по-своему. Больших глупостей, как она верно сказала, ей гвардейцы сделать не дадут, а маленькие не смертельны и могут послужить для приобретения опыта.

С совета Элайна сразу отправилась к себе. Служанок, кроме Мари, не было. Девочка огляделась, кивнула. Заметила приготовленный простой наряд для верховой езды.

— Помоги снять платье, — велела она Мари, поворачиваясь спиной, где находились завязки. — И пока помогаешь… Давай сделаем вид, что ты не говорила, а я не слышала того, что ты мне наговорила в башне. К твоему счастью, ты выгнала солдат и нас никто не слышал. Полагаю, когда ты немного успокоилась, сама поняла, что наговорила немного лишнего.

— Прошу прощения, ваша светлость, — пробормотала Мари, расшнуровывая платье. — И спасибо вам…

— Не за что. Что бы ты там ни напридумывала, но меня вовсе не привлекают чьи-то наказания. А теперь, я готова выслушать все претензии… Только без оскорблений. А там уж решим, что делать. Останешься дальше служить, уволишься или вылетишь с работы без рекомендаций.

Мари, может, и рада была бы спустить всё на тормозах, но понимала, что уже не выйдет. Госпожа, может и сделала вид, что ничего не слышала, но не просто так. Теперь требовала откровенности. И вовсе не факт, что её простили, поставили на тормоз, так можно сказать. Пришлось отвечать.

Вот и выложила Мари всё наболевшее. Как она пыталась заботиться, а Элайна из вредности всё делала наоборот, игнорировала все правила приличия, вместо того чтобы, как положено благовоспитанной леди, поддерживать общество, она играется в правителя, отвлекает мужчин, занимается непойми чем. Ну и окончательно вывело её из себя вид девочки после непонятной ночевки в башне. Служанки с ног сбиваются, пытаясь каждый раз привести её в порядок, а она вот как относится к их труду. И ведь сколько сил придётся затратить, чтобы госпожа потом снова куда-то влезла и весь труд насмарку.

Элайна выслушала молча. Когда Мари закончила, задумчиво оглядела Мари с головы до ног.

— Вот, значит, как… Кстати, костюм давай. Его могу и сама надеть. И знакомства у меня неподобающие, да? А ты не задумывалась, что те мальчишки, с кем я общаюсь, постоянно бывают в городе, где у каждого уже куча знакомых и друзей?

— Э… Это важно, ваша светлость?

— Как тебе сказать… Благодаря им у меня, разведывательная сеть в городе лучше, наверное, чем даже у Строжа. Кто где и сколько берет взяток, где поселили беженцев не туда, где мяса не докладывают в общий котёл, где стража наглеет. И потому я могу оперативно реагировать на такие жалобы. Люди уверены, что власть заботится о них и верят нам, потому не будет бунтов. Чиновники верят, что мы всё знаем и всё видим и вообще вездесущи, потому не наглеют. Ну и еще мальчишки знают такие ходы и слабости в обороне, которые никогда не придут в голову взрослым.