В итоге мы вытащили всё, что у нас было — и начали устраивать несанкционированную гастрономическую вечеринку. Я пробовала и то, и другое, а потом — в порыве кулинарного безумия — начала мазать полезное пюре на вредные бутерброды и закармливать этим Кая.

Он отнекивался.

— Я не буду. Нет! Даже не надейся. Это же… кощунство.

— Это симбиоз! — возразила я. — Высшая форма вкусовой гармонии!

— Это преступление против еды.

— А за поцелуй съешь? — спросила я и хитро сощурилась.

Он посмотрел на меня с интересом. С каким-то огоньком в глазах.

— Съем, если ты меня будешь кормить.

Я легко согласилась, но не учла одного момента…

Я не ожидала, что есть он будет так эротично. Потому что я действительно начала кормить его. Руками. Маленькими порциями. Намазывая пюре на хлеб, протягивая пальцами, а он — смотрел мне в глаза. Брал еду. И каждый раз, будто случайно, задерживал губы чуть дольше. Или облизывал кончик пальца. Или просто позволял себе прикосновение языком. Почти невинное. Почти.

— Вам двоим точно нельзя оставаться одними, — проворчал Рэндал с улыбкой и потянулся к десерту. — А то ещё устроите революцию в гастрономии. Или на Фенере.

— Уже устроили, — тихо сказала я. — Смотрите.

И все трое мы снова замерли — у экрана, за которым жила и росла новая планета. И где-то в глубине душе у меня появилось ощущение, что на этой планете — будет всё. И жизнь. И дом. И любовь.

________

Ммм... как вкусно)

Глава 42. Фенера

Мы приближались.

Фенера уже не казалась далёким пятном на голограмме — она развернулась перед нами во всей своей пробуждённой мощи. Сияла. Дышала. Ждала.

Я стояла между Каем и Рэндалом в рубке, теперь уже в полном посадочном снаряжении, но сердце билось так, будто я всё ещё была в пледе, босая, уязвимая, разогретая их прикосновениями и чувствами.

— Начинаем снижение, — сказал Кай, и в его голосе чувствовалась странная торжественность. Не обычная техническая чёткость, не привычная хладнокровность, а… почти трепет.

— Платформа с оборудованием уже на месте, — добавил Рэндал, настраивая посадочные координаты. — Она начала автосборку. Нас ждёт база. И — то самое место.

Он указал на панорамное изображение.

Там, внизу — у подножия изрезанного скалами плато — распустился оазис. Мысль об этом щекотала кожу, как прикосновение их эмоций. Я узнала это место сразу. Именно здесь вспыхнула первая точка жизни. Именно здесь — я… мы… это произошло впервые.

Новая Фенера.

Планета, пробудившаяся от моих ощущений. Наших.

Я вцепилась в подлокотники, когда корабль начал снижаться. Панель передо мной показывала флуктуации атмосферных показателей — кислород, давление, влажность… всё быстро приближалось к стабильным значениям.

— Это невозможно, — выдохнула я. — Она… оживает быстрее, чем мы рассчитывали.

— Не просто оживает, — ответил Кай. — Она отзывается. Она синхронизирована.

Рэндал тихо сказал:

— С тобой.

Корабль вошёл в облачный слой. Туман заволок иллюминаторы, но я знала: за этой пеленой — настоящее чудо. То, ради чего они шли годами. Ради чего я пришла к ним.

— Готовьтесь, — Кай нажал на панель торможения. — Три… два…

Корабль мягко дрогнул. Снизу вспыхнули направляющие стабилизации. Посадочные блоки высвободились.

— Одна, — сказал он. — Контакт.

Мягкий удар, отозвавшийся эхом по полу корабля.

Мы приземлились.

Фенера.

Я зажмурилась на секунду. А когда открыла глаза, Рэндал уже держал мой шлем, Кай — посадочный пакет с анализами воздуха.

— Не спешим, — сказал Кай. — Сначала сверим показатели. Потом — выйдем.

— А потом? — прошептала я.

— Потом… — Рэндал чуть улыбнулся. — Мы сделаем первый вдох на новой земле.

Он притянул меня ближе. И на какое-то мгновение мы все трое стояли, сомкнув плечи, в центре командного модуля. Не как пилоты. Не как исследователи.

Как люди, пришедшие туда, где никогда ещё не ступала любовь.

Я почувствовала их сердца. Почувствовала, как моё сердце бьётся в унисон.

И поняла: всё только начинается.

— Герметичность костюма подтверждена.