— Не верно, — покачал головой я, — зачем со мной так поступать? Ладно бы ты не знала, но ты ведь знаешь!

— Эх, Алик, ты совсем не туда смотришь! — вздохнула Амина.

— А куда надо? — удивился я.

— На результат! — сказала Амина, — а в сухом остатке, у нас с тобой ничего не было, ты вспомнил, что у тебя есть девушка и что зовут её Рита. Не благодари!

Сказав это, Амина встала и медленно, покачивая бёдрами, пошла к выходу из комнаты. В дверях она оглянулась, чтобы убедиться, что я смотрю куда нужно, и, победоносно улыбнувшись, скрылась в коридоре.

Я не стал резко отводить взгляд, когда она на меня посмотрела, попытавшись сохранить достоинство. Но да, тут я попался, конечно!

Амина вернулась, когда я уже закончил со своей одеждой. На ней снова были лосины и футболка, а сверху красный кожаный плащ до колен. Увидев это, я удивлённо поднял брови.

— Ты уверена? Тебе, конечно, очень идёт, но красный цвет! Тебя же видно за километр в нём! — сказал я.

Амина усмехнулась, встряхнула в руке свой подранный тканевый плащ и накинула его сверху.

— Так лучше? — спросила она.

— Да, — кивнул я, — намного!

— Держи, примерь! — она кинула на диван чёрную кожаную куртку.

Моя в самом деле выглядела просто ужасно, так что, нужно было её просто выбросить и не мучиться. А эта подошла мне почти в самый раз. Может быть, была чуть-чуть великовата, но большая не маленькая. К тому же кожа, по нынешним временам, один из лучших вариантов одежды. Она доказала свою практичность по сравнению с другими, даже технологичными тканями. В общем, возвращаемся к истокам. Скоро, наверное, в шкурах будем бегать! Было бы только с кого их снять!

В кармане старой куртки нашлась сложенная газета. Это был разворот «Вечёрки». Повертев её в руках, я пришёл к выводу, что она намагиченная, но вот только её свойства остались загадкой. Разбрасываться артефактами я не стал и засунул её в карман своей новой куртки.

Ещё Амина нашла в квартире два рюкзака. Может, нашла и больше, но подходящими для нас посчитала именно эти два. У неё был светло-коричневый, очевидно женский. А мне достался детский, зато чёрный. Картину немного портил вышитый на верхнем клапане большой белый единорог. Хорошо ещё, что это был контур, а не сплошной рисунок, а то я тогда отказался бы от этого аксессуара.

Было подозрение, что Амина специально подобрала мне такой рюкзак. Вроде бы и нормальный, но в то же время не совсем. Однако проверять, есть ли в квартире другие рюкзаки, я не стал, махнув на это рукой. Бутылка с водой и пластиковый контейнер с остатками каши влезли и ладно, остальное, незначительные детали.

— Ну что, где будем искать твою юную подружку? — спросила Амина, когда все сборы были закончены и в квартире нас больше ничего не держало.

— Пока не знаю, — пытаясь приладить выбитую входную дверь на место, сказал я, — нужно внимательно смотреть по сторонам, искать аналогии с её рисунком, всё, что хоть немного похоже по смыслу. Но для этого нужно двигаться и общаться с людьми. Сидя в квартире, мы точно ничего больше не узнаем.

— Это-то понятно, — сказала Амина, глядя, как я вожусь с дверью, — зачем ты это делаешь? Всё равно починить невозможно, и прислонённая сикось-накось дверь никого не остановит.

— Я понимаю, — ответил я, — но есть какая-то внутренняя потребность. К тому же это может обозначить то, что квартира занята. А для некоторых это, я надеюсь, до сих пор имеет значение.

— Вряд ли, но дело, конечно, твоё! — пожала плечами Амина.

— Расскажи мне лучше, что даёт первая открытая чакра, — сказал я, закончив с дверью. Амина была права, эта преграда никого остановить не сможет, если он захочет войти в квартиру.

— Я тебе кое-что уже рассказывала, но далеко не всё из того, что знаю. Но то, что мне известно, может быть и ошибочным… по крайней мере, частично. Первая чакра, это база! Это самая главная, корневая чакра. Не то чтобы остальные открывать легко, но первая самая сложная, это практически никем не оспаривается. Чтобы её открыть, нужно пройти через нечеловеческие испытания, через что-то нереальное, невозможное… в нашем случае это была смерть. Честно говоря, мы немного хакнули систему, — сказала Амина.

— Почему? — удивился я.

— Потому что наши чакры открываются благодаря моему дару. Да, для этого нужно умереть, но потом всё просто, я воскрешаю и чакра, считай, открыта. Не со стопроцентной вероятностью, но с довольно большой. Я практически конвейер по открыванию чакр. И с тобой, и со мной вроде сработало. Ты, кстати, ничего не чувствуешь? — спросила Амина.

— Понятия не имею, — сказал я, — я же уже говорил, что мне не с чем сравнивать, может, я и чувствую, но просто думаю, что так и должно быть. Да и Юлий сказал, что она у меня пока что только начинает открываться.