Проходим мимо регистратуры, сразу в кабинет Гриффина. Вежливо стучусь, все же нужно соблюдать приличия. После короткого «можно», вхожу.

— Приветствую, Демид. — улыбаюсь. Он тоже сдержанно улыбается, встает, обходит стол.

— Привет, какие люди и без охраны. — пожимаем руки.

— Почему же, с охраной, — тяну Агату войти в кабинет.

— Здравствуйте, — моя девушка смущена. Демид окидывает её взглядом. Не был бы женат с оравой детей, я бы ему уже врезал!

— Здравствуйте, — кивает. Переводит взгляд на меня. — Какими судьбами?

— Нам нужен осмотр, точнее девушке. Ну ты понял.

— Ага, — ухмыляется. — Второй этаж, кабинет двадцать первый. Я позвоню. — как всегда многословен.

— Спасибо, я отведу и вернусь, если ты не против?

— Давай, — и утыкается в компьютер.

Отвожу Агату к врачу. Милая женщина уже предупреждена и встречает нас с доброй улыбкой. Целую любимую и прошу зайти в кабинет Демида как освободится.

Спускаюсь вниз и иду в сторону кабинета главного. Есть пара вопросов, на которые может ответить лишь опытный врач.

Марк

Захожу уже без стука. Демид взглядом указывает в кресло, напротив. Сажусь и жду, когда он закончит разговор.

— Да, родная, постараюсь успеть. И я тебя, детям привет. — отключается и переводит внимание на меня.

— Надо поговорить.

— Я понял, слушаю. — складывает руки на столе.

— Начну сходу. Скажи, как врач, в течении какого времени человек может умереть от кровотечения?

— Не понял, — тут же напрягается.

— Нет-нет, я ничего не делал, — тут же отвечаю, — мне для дела.

— Кого-то прикопать собрался? — впивается в меня взглядом.

— Прекрати, — закатываю глаза.

— В зависимости от того, что повреждено. Как правило, нужно потерять примерно пятьдесят процентов крови, но кому-то хватает и тридцати.

— А при внутреннем кровотечении?

— Ну-у-у, тоже зависит от повреждений. От десяти секунд до суток. — сглатываю. — Объяснишь?

— У моей девушки…

— Ты нас даже не представил. — упрекает.

— Вылетело из головы. Её зовут Агата.

— Красивое имя и она красивая. — смотрит на реакцию. А я психую, желваки ходят ходуном. — Расслабься, — смеется.

— Так вот, у нее убили сестру два года назад.

— И ты решил порыться в этом деле? Твою мать, Марк. — орет он.

— Не ори, — говорю спокойно. — Я решил, как ты выразился «порыться» в этом, только потому что думаю, что её сестра жива.

Он странно смотрит на меня. Пыхтит. Встает, наливает воды из графина. Выпивает залпом. Садится обратно.

— Я благодарен тебе, что ты помог мне и Ульке в свое время. — не хочу вспоминать, мои парни тогда изрядно попотели, спасая жопу Демида и прикрывая. — Но чем я могу помочь тебе в этом деле?

— Ты врач, — пожимаю плечами.

— И что? Я что её воскресить должен?

— Найти.

— Что?

Наклоняюсь к столу и смотрю на него в упор.

— Найди мне её. Узнай через своих. Может поступала девушка…

— Ладно-ладно, понял я. Как что узнаю сообщу, но не обещаю.

В это время раздается стук в дверь.

— Можно? — робкий голос Агаты обрывает наш разговор. — Марк, я всё.

— Иду, — встаю. Пожимаю руку Демиду. — Я надеюсь на тебя.

— Ага. До свидания, Агата.

— До свидания, … — мнется, имени-то не знает.

— Демид его зовут. — помогаю.

— До свидания, Демид! — улыбается.

Выходим на улицу.

— До свидания, Демид, — коверкаю её манеру.

Она смеется, понимает, что ревную её. Тянет меня за шею и целует в щеку.

— Марк, ну прекрати. — дует губки.

— Что врач сказал? — пытаюсь сменить тему, чтобы не наговорить лишнего.

— Все в порядке. Через пару дней уже можно… — замолкает и краснеет.

— Можно что? — улыбаюсь, подначиваю её.

— Ты понял, — показывает язык. — Еще можно было сдать анализы, чтобы подобрать противозачаточное.

— И как? Сдала? — спрашиваю, открывая дверь авто. Садимся. Как же хорошо! Все-таки человек придумавший кондиционер — гений! Сегодня не по-питерски жарко.

— Нет, не стала. — вопросительно смотрю на неё. — Я не хочу пичкать себя чем-то. Будем предохраняться барьерно, — она видимо забыла, что Гриша тоже в машине. Но, надо отдать ему должное, он даже вида не подал, что слушает наш диалог.