Забрав у Вэнса ключ от своей ячейки, кивнул бармену: мол, завтра жду свои документы — и вышел на улицу. После тяжёлого, спёртого и прокуренного помещения глоток свежего весеннего, ещё наполненного прохладой воздуха показался невероятно сладким, и хмель окончательно выветрился из головы.

— Ну и дрянь же ты в себя вливаешь, Безб, — проявилась Ада. — И как только печень выдерживает такую концентрацию яда.

«Годы тренировок, — хмыкнул я. — Но ничего, теперь со мной Сила, и смерть от цирроза точно не грозит. Можно заниматься моральным разложением чуть ли не круглосуточно».

— Ха-ха, очень смешно, — язвительным тоном проговорила виртуальная помощница. — Ну ничего, я ещё сделаю из тебя человека.

«Флаг тебе в руки, — не стал спорить я. — Только особо не расстраивайся, если из этого твоего проекта ничего не выйдет. А то сгорят какие-нибудь микросхемы у тебя в мозгах от перенапряжения, и ты в ещё большую зануду превратишься, и тогда я буду вынужден тебя отформатировать».

— А вот это хорошая шутка, признаю, — сопроводив свои слова звуком хлопков в ладоши, весело рассмеялась Ада. — Признаю, ты не безнадёжен.

«Дак у меня хороший учитель, — улыбнулся в ответ я, отчего проходивший мимо меня паренёк шарахнулся в сторону. — Ну вот, а говорили: улыбайся, и люди к тебе потянутся. Выходит, врали».

— Да ты себя в зеркало видел? — хихикнула Ада. — Тут никакая улыбка не поможет. Ты вообще помнишь, когда последний раз брился?

«Неа, — зевнул я. — Слушай, а нет какого-нибудь заклинания, чтобы раз — и все волосы на лице отпали?»

— Только если вместе с кожей, — подколола меня ассистентка. — Ладно уж, придумаю что-нибудь. Уничтожить волосяные фолликулы на локальном участке тела не так уж и сложно. Тут главное — не переусердствовать и вообще тебя без волос не оставить.

«Ты уж постарайся, — хмыкнул я. — А то приду в гости к Палычу, а он креститься начнёт или набросится, перепутав с бесом».

Вот так, шутливо переругиваясь с Адой, я и дошёл до нужного дома, в котором проживает Пашка вместе со всем семейством. Надо признаться, что супруга приятеля меня не слишком сильно жалует, но готова изредка мириться с моей компанией, потому как я таскаю её детям всякие штуковины из Очагов, достать которые в другом месте практически невозможно. Я никогда особо не злоупотреблял такого рода визитами, но иногда хочется ощутить что-то человеческое и побыть в обществе нормальных людей. Старею, видать. Ностальгия иногда пробивает, вот и соглашаюсь на такие визиты.

Стоило приятелю открыть дверь, как я почувствовал умопомрачительный запах домашней еды. Пашкина супруга прекрасно готовит, и это, по его собственному утверждению, одна из причин, почему, несмотря на все свои загулы, он всегда возвращается домой. Уж не знаю, как Машка ещё терпит этого обалдуя. Видать, всё дело в том, что смертность мужиков в наше время гораздо выше, чем женщин, вот и образовался значительный половой перекос.

Церковь, к слову, относится к такого рода поведению отрицательно, но сильно не наказывает. Рождаемость надо повышать. В совокупности с полным запретом контрацептивов и абортов это даёт свои плоды. По улочкам Цитадели и других общин Ковчега бегает очень много карапузов. Причём на каждого ребёнка выделяется продуктовое довольствие, то есть с голоду мать-одиночка не помрёт, и одеждой церковь её и чадо обеспечит. Ну а для тех, кто не желает или не может сам воспитывать своих детей, есть монастыри. Церковь с радостью заберёт детей и воспитает по своим канонам.

Естественно, всё это не касается одарённых. Таких детей в обязательном порядке изымают из семьи прямо в роддоме и отдают на воспитание в специальное, кхм, учреждение. Проверить на одарённость очень просто. Всего-то и надо, что вложить в ладошку гем. Если он начнёт светиться, значит, родился паладин. Вот в таком мире мы и живём.

— Я, по традиции, с гостинцем, — улыбнулся я открывшему дверь Пашке и протянул бутылку виски.

— Ооо, — улыбнулся приятель, за спиной которого прятался старший, Вовка, сжимающий в руках подаренную фигурку человека-паука. — Спасибо. Проходи давай, чего на пороге встал.

Скинув в прихожей рюкзак, проследовал вслед за Пашкой на кухню. Проходя мимо Вовки, потрепал его по волосам, и тот мне улыбнулся, а потом пропищал:

— Спасибо за подарок, дядя Безб. Человек-паук крутой. И ни у кого такого нет.

— Пожалуйста, — улыбнулся в ответ я. — Если в Очаге ещё что-то интересное на глаза попадётся, обязательно прихвачу, — пообещал я, и парнишка просиял. — Привет, Маш, спасибо за гостеприимство, надеюсь, я вас не сильно напряг своим визитом.

— Здравствуй, — довольно холодно поздоровалась жена Пашки. — Да всё нормально. Спасибо за подарок сыну, — выдавила она из себя и отвернулась к плите, где на сковороде аппетитно шкворчала поджариваемая картошка.

— Ну что, по стопочке для аппетиту? — предложил Пашка, и я кивнул. Щёлкнула отвинчиваемая крышка, забулькал дозатор, и вот приятель уже поднимает налитую до краёв стопку, чтобы произнести тост, как его перебивает Вовка.

— Дядя Безб, а это что такое?

Я перевожу взгляд, и мои глаза округляются от удивления. Дело в том, что, пока мы отвлеклись, пацан залез в мой рюкзак и отыскал там белый гем, который сейчас держит в руках. Всё бы ничего, но он, мать его, СВЕТИТСЯ!

— Вовка, сколько раз я тебе говорил, не рыться в чужих вещах, — севшим голосом проговорил Пашка и опрокинул в себя зажатую в руках стопку.