— И Моника. Будь милой. Не рассказывай неловких историй.

Он надевает солнцезащитные очки и оставляет нас наедине.

— Ну, мне лучше переодеться.

Она смеется.

— Я пойду с тобой.

Продолжает пристально разглядывать меня, пока мы идем к лифту. Обмениваемся несколькими короткими улыбками, но молчим, пока не заходим внутрь.

— Извини, что я так неожиданно появилась. Но тебе не нужно обо мне беспокоиться. Мы как семья. Он относится ко мне как к сестре.

По тону её голоса я чувствую, что она говорит искренне. Я чувствую облегчение. Но мне также страшно…Мысль о том, что Аарон спит с кем-то другим, чуть не сломала меня, и я знаю, что это лишь вопрос времени. Я не особенная. Нас нет, а если и есть, то это самые тёмные части нас самих, которые соединяются. Это приведёт к нашему разрушению, и мне нужно защитить себя от падения на полной скорости.

— Если честно, я думала, что у вас с ним были романтические отношения раньше, – отвечаю я.

Она фыркает.

— Никогда не было и никогда не будет. И мы знаем друг друга десять лет. – Она поворачивается ко мне лицом. — Не пойми меня неправильно, Аарон – отличный парень и всё такое, но он не тот, кто покорил моё сердце.

— Приятно это слышать. – Приятно поговорить с кем-то, кто близок к Аарону. Особенно с женщиной, которая не вцепилась в него когтями. — Как давно ты с тем, кто покорил твоё сердце?

Выражение её лица меняется. Глаза темнеют. Она начинает нервно теребить пальцы, вертя кольцо. Обручальное кольцо. Я тут же жалею, что задала ей этот вопрос.

— Хм. Я полагаю, Аарон рассказывал тебе о Генри? Его брате.

— Упоминал о нем, но он очень скрытый.

Я боюсь того, что она скажет мне дальше, мое сердце уже болит за нее.

— Знаешь, он никогда никому о нем не рассказывал, так что это говорит о многом. Должно быть, он доверяет тебе, Элли.

И все же, я ничего не знаю о загадочном Волке.

— Генри был твоим мужем? – В этот момент я понимаю, почему она так близка с Аароном. Их связывает трагедия. Он никого не подпускает к себе, но именно она принадлежала его брату. Она – другая часть Генри. Моника не представляет угрозы; она похожа на Аарона. Она потеряла часть себя. Она сломлена.

— Мы были помолвлены. У нас не было времени...пожениться. Он был любовью всей моей жизни.

Она пытается улыбнуться, но я замечаю, как в её глазах появляются слёзы. Аарон скрывает потерю брата за плотскими желаниями. Моника, вероятно, скрывает свою потерю за улыбкой, соблазнительными нарядами и идеальным образом себя – точно так же, как я делала это много лет. Скрывая свою несовершенность, притворяясь идеальной.

— Моника, я не могу знать, через что ты прошла, но мне жаль. Никто этого не заслуживает.

Я не хочу спрашивать, что с ним случилось, я верю, что Аарон сам расскажет мне эту историю.

— Я всё ещё разбита, но Аарон был рядом со мной… – Она вздыхает. — Вот почему я здесь. Седьмого числа умер Генри. Поэтому я позвонила Аарону, чтобы узнать, можем ли мы встретиться во время Гран-при, мне не хотелось оставаться одной.

Вот почему реакция Аарона внезапно изменилась после того телефонного звонка, в ту самую ночь, когда его преследовали в спортзале. Седьмое число, как и номер машины Волка. Всё имело смысл, кроме одного. Почему Волк не пришёл на похороны своего брата?

— О, если тебе нужно время с Аароном, я могу дать тебе пространство.

— Ты нужна Аарону, Элли.

Я удивлённо открываю рот. Нужна ему. Как он мог? Я хочу сказать ей, что он нуждался во мне, но больше нет. В конце концов, это я, наверное, нуждаюсь в нём. Она замечает выражение моего лица и добавляет:

— Он заботится о тебе больше, чем показывает. Ему просто нужно время.

— Я знаю, он хороший человек.

Я пытаюсь скрыть румянец.

— Я очень надеюсь, что ты не бросишь его. Он может притворяться сильным, но в глубине души он просто ребёнок, который боится, что его снова бросят.

Снова бросят? Интересно, за какую часть своего прошлого он всё ещё цепляется.

— Мы не вместе, Моника, – отрицаю я.

— О, Элли, ты все еще не понимаешь, не так ли?

Она приподнимает бровь, и дверь лифта открывается.

— Не понимаю что?

— Все это.

Два негатива превращаются в позитив

В первые девять минут квалификационной гонки я позволяю своим мыслям блуждать, одержимая гонками Волка.

Он силён. Харизматичен. Бесстрашен.

Следующие девять минут я провожу, знакомясь с Моникой. Я понимаю, почему они с Аароном дружат: она весёлая, добрая и целеустремлённая. Квалификационная гонка заканчивается тем, что Аарон занимает поул-позицию для завтрашней гонки. Комментаторы, кажется, впечатлены его возвращением, и шансы на победу в чемпионате в его пользу.