Пули отскакивали от бронированной кожи. Попадания, безусловно, были, но толку от них не наблюдалось. Мой интерфейс беспрерывно докладывал мне:

'-0 очков здоровья;

– 0 очков здоровья;

– 0 очков здоровья;

– 0 очков здоровья'.

— Этим его точно не возьмешь, — заметил Жлобяра.

Словно услышав эти слова, Мразота достал другое оружие — лазерган и начал палить по крокодилу красными лучами.

Кроме шипящих испарений, он ничего этим не добился.

Крокодил оказался уже в непосредственной близости от Мразоты, и тот, очевидно, от отчаяния решил воспользоваться холодным оружием — мечом.

«Стальной меч; Урон 10–30».

Да уж, действительно обнищал, Мразота.

Он отчаянно замахал своим клинком перед монстром. Но тот, игнорируя оружие, открыл пасть и заглотил Мразоту, откусив верхнюю часть тела. Река окрасилась бордовым.

Но, прежде чем констатировать смерть Мразоты, я также заметил одну любопытную вещь. Махая своей сабелькой как сумасшедший, Мразота в момент перед тем, как оказаться в ярко-синих зубастых тисках, нанес удар не по панцирю чудища, а в полость его пасти.

«-1 очко здоровья», — сообщил интерфейс.

И это было не про Мразоту.

Всю оставшуюся дорогу по реке Нил мы были свидетелями горячих обсуждений боя Мразоты и Крокодила. В основном всё сводилось к тому, что матросы радовались подобному исходу и восхищались самопожертвованию, на которое решился Мразота ради спасения остальных.

Они возвеличивали бы его чуть меньше, если бы догадывались, что Мразотой руководила лишь жажда быстрой наживы. С продажи лута от метеоритного крокодила — чем бы это ни оказалось — он мог снова позволить разжиться силовой броней, хорошим оружием и наемниками.

Наш пароход причалил к левому берегу, и мы, семеро людей и пять верблюков, сошли с него. Спустя некоторое время добрались до того места, где я впервые встретился с Кирби, а потом и с Бакланом.

В этот раз тут не было ни торговца, ни скрывающегося зэка. Нужно было предпринять попытку самим пробраться в его логово. Но я не мог просто взять и пойти туда, ибо оно находилось за пределами торгового маршрута.

Жлобяра увидел мое замешательство и наблюдал за мной озадаченно некоторое время. Потом он улыбнулся.

— Ну что, Дохлый, пошли туда, к пещерам за озером.

Он что, научился читать мои мысли?

Я улыбнулся в ответ и затопал в сторону магмового озера. Теперь этот путь был открыт для меня. Вскоре мы оказались на берегу, в том самом месте, где виднелись маленькие островки.

— Ну, я готов! — решительно заявил Жлобяра.

— Подожди здесь, — сказал я и показал на пятерых NPC-охранников. — Мы с ребятами спрыгнем туда.

— Уверен? — Жлобяра даже скис, словно я его не от опасного дела освободил, а запретил водку пить.

— Да. Жди здесь, — подтвердил я.

Я выудил из тюков пять заряженных шприцов с ярко-голубой жидкостью и раздал их своим охранникам. Какое счастье, что я мог свободно делиться имуществом хотя бы с NPC-наемниками.

«Даблбулл: –5 шт.», — доложил интерфейс.

Это был один из тех препаратов, которые я испытывал в Назератусе. Эта штука поднимала силу сразу на три пункта и действовала три часа. Потом наступала расплата — половина дня с силой минус три.

Охранники послушно вкололи в себя эту дрянь.

— Прыжки совершайте аккуратно и не спешите. Сначала я уйду метров на двадцать, потом следуйте по очереди.

Я прыгнул на первый островок. Потом на второй, третий. Когда оказался на четырнадцатом, обернулся посмотреть на успехи моих NPC. Но толком разглядеть их не удалось, ибо массивная туша Жлобяры загораживала обзор. Уродливый рыцарь кочка за кочкой следовал за мной.

Вот ведь негодяй! Я же велел ему оставаться! Что за самодеятельность?

— Жлобяра, почему ты пошел за мной?

— Есть разговор, — сообщил он, когда оказался на соседнем островке.

Вскоре следом за ним столпились цепочкой остальные мои охранники. Я слегка наклонился вбок, чтобы пересчитать их. Вроде всё было нормально, и я снова переключил внимание на Жлобяру.

— Ну, — поторопил я.

Что вообще за идея вести разговор среди этого адского места? Почему раньше нельзя было?

— Я думаю, что ты необычный торговец, — сказал Жлобяра.

Я промолчал. Что тут скажешь. Я вообще не ощущал себя торговцем. В конце концов, я ведь агент Доброго Дядюшки.