– Спрошу. Но думаю, что в ближайшее время ещё раз зайду к тебе. Побеседовать. Простая формальность, сам знаешь.

Формальности-то он знал, но по взгляду Кости, прекрасно понимал, что опрашивать его будут точно не из простой формальности.

– Я весь день дома, так что, милости прошу, - ответил он и, наконец, ушёл, чувствуя, как взгляд участкового прожигает его спину.

Но его это ничуть не смущало и не пугало, ведь он был уверен в своей непричастности, да и права свои прекрасно знал. Конечно, у него ещё было и алиби на сегодняшнюю ночь, но про него он полиции говорить не собирался. Самому-то ему было без разницы, что кто-то из местных узнает подробности его личной жизни, но вот Аню подставлять не хотелось. Возможно, дальше полицейского отчёта это никуда и не выйдет, но хватит и того, что будет знать обо всём Костя, с которым, по наблюдениям Егора, Аня неплохо общалась. Ей будет неприятно и неловко.

Когда Егор подошёл к дому Котовых, то возле двора стояла «Тойота» Андрея, его же самого, как и его сестры, поблизости не наблюдалось. Мужчина уже хотел уйти к себе, как на крыльцо вышел Андрей и махнул ему рукой, чтобы он заходил.

– Давай поговорим здесь, - сказал Котов, спускаясь навстречу Егору, - я накапал Анюте маминого успокоительного и уложил её спать. Она, вроде, немного успокоилась, может задремает. Из её невнятного рассказа я понял только то, что на пляже лежала женщина без сознания в порванной одежде…

Слова Андрея оборвал звук, открывающейся двери, и мужчины одновременно повернули головы в сторону дома. На крыльцо вышла Аня: бледная, с растрёпанными волосами, закутанная в коричневый плед.

– Анют, может, ты вернёшься в дом, - обратился к ней Андрей.

Но девушка на его слова только упрямо покачала головой и спустилась с крыльца, встав рядом с ними. Егор только сейчас осознал, какая она маленькая, всего на пару сантиметров выше его плеча. В этот момент она казалась такой слабой и беззащитной. Он готов был на что угодно, только бы защитить всех женщин в мире, чтобы они никогда не страдали и не плакали.

Жаль, что его сестру никто не защитил. Даже, к сожалению, отец. Он, конечно потом, пытался защитить мать, когда годами скрывал от неё смерть Маруси, но Егор считал это жестоким. Ведь мама каждый день страдала от незнания, что же случилось с её ребёнком. Хотя неизвестно стало бы кому-то от этого лучше.

Тряхнув головой, чтобы выбросить все ненужные мысли, Егор посмотрел в Анины печальные глаза, и его сердце дрогнуло. Он никак не мог начать разговор.

– Егор, ну не молчи, - не дождавшись от него и слова, прошептала Аня и легонько тронула его запястье холодными пальцами.

Специфический запах успокоительных настоек ударил в нос. Мужчина неловко кашлянул и сунул руки в карманы шорт в поисках сигарет. Только там было пусто. Сигареты и зажигалку он в спешке забыл во дворе на столе.

– Вот зараза, - досадливо выругался он.

Курить хотелось ужасно.

– Возьми, - протянул ему пачку Андрей, увидев его метания.

Благодарно улыбнувшись Андрею, Егор подкурил сигарету и отошёл немного в сторону, чтобы дым не попадал на Аню. Сделав несколько быстрых затяжек и не глядя на неё, он тихо сказал:

– Женщина мертва…

Андрей выругался, а Аня шумно вздохнула.

– И, скорее всего, её убили. Больше ничего не знаю.

Повисла долгая пауза. Никто не мог найти слов. Егор снова затянулся и посмотрел на соседку. И зачем она только помчалась к реке? Останься она дома, то не так бы остро восприняла смерть незнакомой женщины. Конечно, всегда страшно слышать о смерти, произошедшей поблизости, но это не идёт ни в какое сравнение, с тем, чтобы столкнуться с убийством человека вживую. Вероятнее всего, Аня чувствовала некую связь со всем произошедшим.

Тут холодок прокатился по его спине. Её обязательно будет допрашивать полиция. И будут задавать вопросы о нём. Они ведь соседи. А вчера он под влиянием одиночества и алкоголя рассказал ей о том, что Маруся покончила с собой, после того, как её изнасиловали. Будет хреново, если об этом узнает кто-то посторонний. Ещё не время.

Как нельзя кстати у Андрея зазвонил телефон, и он отошёл в сторону, чтобы ответить на звонок. Сбив с окурка уголёк и затушив его кроссовкой, Егор шагнул к Ане. Её руки, сжимающие плед на груди, коснулись его толстовки в районе солнечного сплетения. Девушка резко втянула в себя воздух и нервно посмотрела на него.

– Аня, - тихо начал Егор, - пожалуйста, не говори никому о том, что вчера…

В её карих глазах полыхнула такая злоба, что Романчук недоумённо дёрнул бровями и умолк.

– Переспать с тобой – сомнительное достижение. Так что хвастаться никому не буду, не переживай, - прошипела она, отступая на шаг.

Неожиданно неприятное заявление. Можно было бы спокойно сказать, если жалеет. Чего так бесится по этому поводу?

– Ммм, даже так, - протянул он, растягивая губы в ухмылке, - я понял. Но вообще я не об этом хотел попросить. Про мою сестру никому не рассказывай, хорошо?