Аня только механически кивала. У самой же все слова застряли в горле. Она до сих пор не верила, что всё это правда. И что она скоро узнает имена тех, кто замешан. Только вот, что она будет со всем этим делать, даже не представляла. Как и не знала того, правильно ли поступает, копаясь во всём этом в тайне от своей семьи. Может, стоит сказать хотя бы Андрею?

Но тут же отмела от себя эту мысль. Пусть Андрей сначала разберётся со своими передрягами в личной жизни, а она как раз соберёт немного больше информации и тогда уже решит, стоит ли посвящать ещё кого-то во всё это.

– Ты поедешь со мной к ним в качестве телохранителя? – разлепив пересохшие губы, спросила Аня.

– Именно. Буду стоять за твоей спиной и мрачно кивать на все твои слова.

– Они ведь могут послать меня и не признаться, что они убили папу. Да, что там могут?! Они так и сделают!

В панике, что вся эта затея окажется бесполезной, Аня повернулась к Егору и пальцами крепко вцепилась в его тёплое и сильное предплечье.

Но мужчина по-прежнему был спокоен. Он отставил свою чашку с кофе в сторону, повернулся к Ане и слегка приподнял уголок рта в ухмылке.

– В качестве аргумента могу взять ствол, - прошептал он, ближе наклоняясь к её лицу и накрывая ладонью её пальцы.

Аня резко отшатнулась, плечом ударившись о перила.

– У тебя есть пистолет? – в ужасе спросила она и попыталась выдернуть свою руку.

Только он не позволил ей этого сделать, крепче сжимая её пальцы.

– Есть. Правда, только травмат.

– Фууух, ну ты и дурак, - облегчённо выдохнула она, свободной рукой, стукнув его по плечу.

А Егор широко улыбнулся довольный своей шуткой.

Но девушка его веселья не разделяла. Наоборот, она ещё сильнее нахмурилась и спросила:

– Ты что в серьёз готов угрожать пистолетом пожилым людям ради правды?

– Я знал, что ты не очень высокого мнения обо мне, красотка. Но всё равно обидно.

– Да ну тебя, - отмахнулась Аня. – Я не понимаю, когда ты шутишь, а когда говоришь всерьёз. Я же тебя почти не знаю.

Его пальцы осторожно погладили её ладонь. Сам же он не отводил взгляда от её глаз.

– Я тебе открою большую тайну: кроме моих родственников, ты единственный человек, которому я столько рассказал о себе и своей семье. И если ты меня спросишь, я расскажу тебе ещё больше.

Пытаясь побороть то странное чувство восторга и паники, что вызывали его слова и взгляд, Аня тяжело сглотнула. В горле от чего-то пересохло.

– Мы на одной стороне, красотка, - продолжал говорить он. – Я никому не доверяю здесь, как тебе. Мы должны быть вместе…

Её сердце тревожно трепыхнулось. Что-то волнующее и томительное горячей волной обожгло изнутри, посылая нервные мурашки по спине и рукам.

– …как напарники. Ведь наши семьи страдали по вине одного и того же урода.

Его последние слова и грохот собственного сердца словно оглушили Аню. Она растерянно хлопнула глазами и вгляделась в лицо Егора.

Он был очень серьёзным и сосредоточенным. В его глазах была решимость и уверенность в собственной правоте. Сейчас он точно не издевался над ней и не шутил. И он вовсе не имел в виду то, что поначалу услышала Аня.

Мерзкий привкус стыда и горечи заставил девушку поморщиться. Какой же сейчас жалкой она, должно быть, выглядела. Ведь чувствовала, что лицо ярко покраснело, а в глазах защипали слёзы от обиды и разочарования. Только Егор был вовсе не при чём. Она сама была виновата, что, не дослушав его до конца, позволила себе надеяться на то, чего в тайне желала.

Однако Егор, видимо, по-своему истолковал её растерянный и печальный вид. Он осторожно обхватил её лицо ладонями и погладил большими пальцами по щекам.

– Мы найдём тех, кто виновен, - твёрдо пообещал он, глядя ей в глаза. – Я обещаю, что ты каждому из них сможешь взглянуть в глаза. И они пожалеют…

А потом крепко прижал её к себе, вышибая кислород из её лёгких.

****

– Ну что спать? Или ещё по одной?

Слава откинулся на спинку стула, сощурил пьяные глаза в яркое голубое небо и задумался над вопросом друга.

Он уже не помнил, когда он в последний раз спал, и сколько дней они вообще пили. Всё слилось в одно. За всё это время он будто совсем не был трезвым. Но это ему так нравилось. Сейчас его не парило отсутствие работы, беременность жены от другого и болезненно-счастливое прошлое, которое всколыхнуло всё внутри после разговора с Егором. Интересно, а существует ли жизнь после смерти? Если да, то встретить ли он после всего там её – свою Машку? Хотя, вряд ли. После того, как он жил, путь на небеса ему заказан. Его душе дорога только в ад. Опять же, почему он решил, что она на небесах? Ведь самоубийц туда не пускают, у них тоже одна дорога. В таком случае ему и ад не страшен, только бы ещё раз её увидеть.