— Прекрасно, — ответил Пашков, стараясь звучать как можно более обнадёживающе. — Давайте назначим встречу на вечер пятницы. Я забронирую столик в «Элеганте».

— Хорошо, — сказал Никита, и в его голосе проскользнула нотка настороженности. — В пятницу вечером, «Элегант». Я постараюсь быть там.

Пашков закончил разговор, положив телефон на стол. Он откинулся в кресле и задумчиво посмотрел на дверь офиса. Встреча была назначена, и теперь оставалось только подготовиться к ней. В голове Пашкова крутились планы и стратегии, которые должны были принести пользу ему и Никите, а также укрепить его позиции в Москве.

Пашков позвонил своему помощнику, чтобы подтвердить бронирование столика в ресторане и уточнить детали, а затем продолжил работать над другими задачами. Он знал, что встреча с Никитой может стать ключом к решению множества текущих проблем и возможностей, которые он хотел использовать в своих интересах.

Пашков сидел за столом в приватной комнате одного из московских ресторанов. Он был одет в строгий костюм, его лукавый взгляд скользил по разложенным перед ним документам. Вокруг него сидели несколько доверенных людей, среди которых был его личный помощник и несколько охранников. Пашков нервно откинулся на спинку кресла и посмотрел на часы. Сигарета, прикуренная от дорогой зажигалки, тлела в его руке. Вскоре в комнату вошёл Никита.

Никита выглядел напряжённым, его лицо было затянуто тенью от глубокого недовольства. Он замер у двери, скользнул взглядом по присутствующим и только потом направился к Пашкову. Секунды тянулись, и напряжение было ощутимо в воздухе.

— Приветствую, Никита, — произнёс Пашков с холодной улыбкой. — Спасибо, что нашёл время встретиться со мной.

Никита без слов сел напротив Пашкова, внимательно следя за его действиями. Пашков изящно наклонился вперёд, раскрывая перед ним папку с документами.

— Я понимаю, что тебе сейчас непросто. Виктор ведёт себя так, что вызывает большое беспокойство. Мы оба знаем, что он не остановится на достигнутом, если не будет достигнута нужная ему цель.

Никита не стал скрывать своё недоверие. Он сложил руки на груди и внимательно посмотрел на Пашкова.

— И что же ты предлагаешь?

Пашков сделал глоток вина и, не отрывая взгляда от Никиты, продолжил:

— У меня есть предложение, которое может быть выгодно для нас обоих. Я могу предложить тебе поддержку, которая поможет справиться с теми трудностями, которые тебя ожидают.

Никита нахмурился и покачал головой.

— Почему я должен верить, что это предложение бескорыстно? В таких делах редко бывает что-то бесплатное.

Пашков улыбнулся, но улыбка была больше похожа на хищное оскаливание.

— Я не могу претендовать на бескорыстность, Никита. Но посмотри на это с другой стороны. Мы оба имеем общие интересы в этой ситуации. Я вижу в тебе потенциал, который могу использовать, чтобы укрепить свои позиции, и, возможно, помочь тебе в борьбе с Виктором. Это взаимовыгодное сотрудничество. Как говорится, враг моего врага — мой друг. А Виктор — мой враг. Ты станешь моим другом, Никита?

Никита насторожился, его лицо стало жёстче. Он знал, что за такими предложениями часто скрываются настоящие намерения.

— И что, ты хочешь, чтобы я просто тебе доверился?

Пашков положил папку на стол и встал, делая несколько шагов к Никите. Он посмотрел прямо в глаза соперника, его голос стал мягче, но всё равно сохранял ледяную твёрдость.

— Я предлагаю не просто поддержку. Я предлагаю возможность сделать всё правильно. Если ты согласишься, мы сможем достичь целей, которые для нас обоих важны. Но ты должен действовать осмотрительно и не забывать, что в нашем мире дружбы не бывает.

Никита продолжал раздумывать, наблюдая за Пашковым. Он знал, что любые сделки с людьми вроде Пашкова имеют свои риски, но и понимал, что без поддержки ему будет трудно справиться с нарастающими угрозами. Его взгляд затуманился, и он начал медленно кивать.

— Хорошо, — наконец сказал Никита. — Я готов выслушать твои условия.

Пашков удовлетворённо кивнул и потянулся за сигаретой. Он понимал, что заключение этой сделки может быть первым шагом к достижению его целей, но предстоящие шаги потребуют не меньшей осторожности.

— Отлично. Давай обсудим детали.

Алиса сидела в своём маленьком, но уютном кресле у окна, наблюдая за городом, который продолжал жить своей обычной жизнью. Её комната была наполнена мягким светом раннего вечера, но этот свет не приносил ей утешения. Бинт на ноге напоминал ей о том, что она всё ещё не может вернуться на сцену, и каждое движение причиняло ей боль. Не только физическую, но и душевную.

Врачи предупреждали, что восстановление займёт время, но никто не сказал ей, что это время будет таким медленным и мучительным. Она всё чаще смотрела на свои балетные пуанты, которые теперь пылились в углу комнаты, словно символ утраченных надежд. Каждый день она старалась быть сильной, но на самом деле, внутри неё разгоралось отчаяние.