– Издай также приказ, касающийся подъемников. Я хочу, чтобы в случае необходимости они немедленно, со всей возможной скоростью доставили на место добычи семь оставшихся комбайнов.

– Если эта глубинная бомба сработает, дружок?

– Да, Гарни, если она сработает.

На своей станции доктор Хайнс с гордостью демонстрировал гостям мощный генератор статического электричества размером с небольшой бочонок. Покрытый кожухом алмазной твердости, способным противостоять огромному давлению в глотке червя, бочонок был утыкан выступавшими из его боков антеннами. Каждая антенна была обтянута живой резиной и прикрыта мощным разрядным колоколом.

– Судя по данным, которые я записал при регистрации силового поля червя, эта штуковина произведет удар достаточной силы.

– «И увидел дракон, что он повержен на землю», – процитировал Гарни, почесав подбородок. – Ага, червю придется проглотить горькую пилюлю.

Джесси кивнул.

– Давайте готовиться. Мы, как обычно, развернем один комбайн, чтобы экипажи ни о чем не подозревали. В ту минуту, когда появится червь, мы бросим канистру и… станем молиться Богу.

Доктор Хайнс сам сел за панель управления орниджетом, чтобы лично привести в действие свой генератор. Пока Гарни готовил экипажи на земле, Джесси с Туеком сели в другой орниджет, чтобы лично проследить за ходом испытания. Кавалер Линкам сильно волновался; столь многое зависело от новой технологии. Он кожей чувствовал, что советник Бауэрс готов к решительным действиям – например, наложить полный запрет на добычу специи Домом Линкамов.

Они летели в абсолютно чистом небе. Стояла потрясающе ясная погода. Первый комбайн был уже развернут и готовился вгрызться в меланжевую жилу. Разведчики высматривали признаки неминуемого приближения червя.

– Сегодня нам, как никогда, нужны острые глаза, ребята, – передал Гарни экипажам.

На этот раз добытчики играли роль живой приманки.

Экипажам шести других комбайнов сказали, что планы внезапно переменились, и люди жаловались, что вместо работы им приходится томиться в бездействии. Никто, кроме нескольких человек, включая доктора Хайнса, не знал о шоковой канистре.

Туек повел машину над густым облаком пыли, поднятым работающим комбайном. Он посматривал на Джесси, улыбаясь своими покрытыми красными пятнами губами, слушая команды, которые отдавал своим людям Гарни Холлик.

– Смотрите, Гарни – всего-навсего шут и бард, а распоряжается своими экипажами, как заправский генерал своими солдатами.

– Отличное сравнение. Мы ведем войну против опасной планеты и Хосканнера.

– И чертовых червей.

Огромный самоходный комбайн приступил к работе, следуя рутине, которой придерживались уже больше года. Обычно процесс добычи специи напоминал Джесси укус клеща, вгрызающегося в кожу. Вот он укусил, высосал капельку крови и спешит убраться, пока его не накрыла карающая человеческая рука. Но сегодня ожидание казалось нескончаемым.

Крепко держа ручки управления, Туек явно нервничал – но занимало его вовсе не испытание. Что-то еще давило тяжким грузом на плечи испытанного ветерана. Наконец, собрав все свое мужество, он заговорил:

– Милорд… Джесси, есть одна вещь, которую мне надо с вами обсудить.

– Я уже и сам хотел спросить, что тебя мучит, Эсмар. Выкладывай.

После секундного колебания генерал начал говорить:

– Я боюсь, что ваша наложница может быть шпионкой Хосканнера. – Прежде чем Джесси смог хотя бы мимикой выразить свое потрясение, Туек торопливо продолжил: – Происходит постоянная утечка жизненно важной информации… когда заказывается оборудование, как идет ремонт и обслуживание машин – комбайнов, транспортеров и подъемников – и даже расписание нарядов гвардейских караулов. Я выяснил все это, лично допрашивая сторонников Хосканнера. Спросите себя сами – сколько раз советник Бауэрс получал информацию, которую ему вовсе не следовало бы знать? Как часто саботажники Хосканнера точно знали, где уязвимое место у машин?

– Но это не значит, что среди нас орудует предатель, Эсмар. Многие, очень многие обладают этой информацией. Ты просто страдающий манией преследования глупец.

– А вы влюбленный глупец. Если сегодня доктор Хайнс докажет, что его техника работает, то это надо сохранить в строжайшей тайне.

– Я уже приказал, чтобы экипажи не контактировали друг с другом – это поможет пресечь всяческие слухи. Никто в Картаге ничего не узнает.

– Она узнает.

Джесси недовольно поморщился.

– Дороти присутствовала на том совещании, где доктор Хайнс предложил свою идею. Я доверял ей одиннадцать лет – примерно столько же, сколько я доверяю тебе, Эсмар.

Шеф службы безопасности сосредоточился на управлении, но плечи его поникли.

– Ваш отец и особенно ваш старший брат Гуго растрачивали состояния, покупая всякие безделушки своим роковым женщинам, и увязали в опаснейших романтических интригах.

– Дороти не такая. Она мать моего сына. Лучше бы ты запасся доказательствами, когда собрался высказать мне все это.

Теперь поморщился Туек.

– У меня нет доказательств. Есть только сильные подозрения, которые появились у меня после того, как я проанализировал все данные методом исключения. Именно этим я и должен заниматься как начальник службы безопасности.

Джесси холодно дал понять, что разговор окончен:

– Я довольно слушал вас, генерал Туек. Я отказываюсь дальше обсуждать с вами эту тему.

Завернувшись в свою гордость, как в непроницаемую броню, ветеран замолчал и не произнес больше ни одного слова, пока они сидели рядом и ждали. Оба испытали почти физическое облегчение, когда появился червь.