— За победу!

— Хм, точно! — сдержано произнесла Оль и уверено поставила опустошенную кружку на стол, облизнув губы розовым язычком:

— Хм… да. Я такое уже пробовал. Очень любопытные ощущения…

Я усмехнулся. Ну, для кого как. Если для тебя опьянение любопытно, то для остальных оно привычно и знакомо. Бредис невозмутимо кивнул и отвернулся, не предав значения ее словам.

Оль отказалась от второй кружки, а когда я снова отпил вина, заметил, как Бредис наклоняется к ней все ниже и ниже, и при этом не сводит с нее глаз. Пьяный идиот.

Склонив голову набок, ничего не предпринимая, она равнодушно глядела на бывшего королевского стрелка.

Она, что, думает, что у мужчин принято так друг на друга смотреть? Я подошел и резко отодвинул Бредиса:

— Ты согнулся так, что едва не ударился лбом об стол. Решил тебя спасти, — насмешливо сообщил я раздраженному стрелку, пока тот пытался свести глаза в одну точку.

Пьяный стрелок зарычал.

— Бредис, не волнуйся. Он всех и всегда спасает, работа такая, — улыбнулась Оль, предотвращая конфликт.

Стрелок медленно покачал головой, словно отрицая. Этот же жест использовал Бредис, когда не хватало слов, во время мелких споров с Фи и Оль.

Я собирался сесть за стол, но Ольгерда испортила все планы на вечерний отдых с хорошим напитком.

— Оставьте эльфу вина… — сказала она и ушла.

Компания из спящего дяди и пьяного Бредиса меня не устраивала, так что я направился за ней.

— Что у тебя на уме? Зачем ты смеешься надо мной? — Я закусила губу, отвернулась и хотела уйти прочь, но эльф поймал меня локоть. Рассвирепев, толкнула его в грудь. Эльф ловко отступил назад и рассмеялся.

— Не дерись, забияка. Уже мало осталось, — сказал он и взял меня за руку. — Держись, скоро все поймешь.

— Что пойму? Откуда берутся звезды на небосводе? — язвительно спросила я.

— То, чего не знаешь, — он торжественно кивнул.

Недоверчиво взглянула на эльфа, на его загорелое узкое лицо, на его красивый улыбающийся рот и вдруг у меня защемило сердце. Тролли, я ведь люблю его.

Я подняла голову, тишина. Все спят. Раздраженно ругая глупые сны, поднялась, еще столько надо сделать. Для начала надо послать разведчиков. Чтобы они выяснили, куда точно шли караваны.

Механически складывая в мешок оружие и припасы, раздумывала, почему во сне эльф вроде знакомый, но на Андриэля не похож. Вроде он и не он, одновременно. Жаль, нет Фиалки, хотелось рассказать ей увиденное, а еще поведать о том сладком щемящем чувстве, которое никуда не делось даже после пробуждения.

Ругая себя за глупости, — тут война, а я о снах волнуюсь — добралась до Кипара, который спал в общей пещере. Вчера пришлось помочь, чтобы он уснул, добавила в его вино Фиалкины успокоительные травки. Чем позже встанет, тем лучше, ему надо отдохнуть.

Дриона будить не стала, опять заведет свою песню, что де «такие операции должны проводить королевские войска». И что с ним делать? Он командир, но раз отказался, пусть пеняет на себя. Я менять свое решение не собираюсь.

Однако заглянув малую пещеру, нашла там только спящего эльфа. Дриона уже не было, он спокойно что-то готовил над костром для перебравшего Бредиса, который вчера еще до эльфийского вина, успел здорово «согреться». Несчастный страдалец сидел тут же за столом, обхватив голову руками.

Видимо в благодарность за заботу о его многострадальной голове, теперь уже наш доблестный стрелок озвучил вчерашний упрек Дриона:

— Куда ты лезешь? Там и не такие зубы ломали, а ты, ты… — Бредис запнулся, пытаясь подобрать степень моей мизерности. Перегар вкупе с искривленным от головной боли лицом, солидности его мнению не придавали. — Ну, оставь ты все как есть, лови врагов на дорогах и предоставь королевским войскам воевать самим.

Я холодно оглядела небритую физиономию стрелка, и строго сообщила:

— Повторяю последний раз — это невозможно. Там мирные люди, женщины и дети! О НИХ НИКТО НЕ ЗНАЕТ! Пока подключатся войска, людей не останется! И я отвечаю за отряд. Всем ясно? Мои планы больше не обсуждаются!

Дрион внимательно следил за мной, но ни один мускул не шевельнулся на его лице. Пока лекарь молчал, словно что-то для себя решая. Бредис тоскливо произнес:

— Погибнешь и людей погубишь… — Дрион согласно кивнул.

Я холодно измерила их раздраженным взглядом. То никому не нужна: на улице ночевала, то все разом озаботились, погибну, не погибну… Едва сдержала нервный смешок. Умники. Бойцы сознательно пошли воевать, они знали, на что шли, а тех, беззащитных, угнали насильно.