Найдя на ощупь кресло связиста, без сил опустилась в него. Неожиданно накатила какая-то слабость и дурнота. Я рассеянно потерла ноющие виски и подняла взгляд на эренсийку:

— Боюсь, что новости у меня, мягко говоря, нехорошие. Ваш корабль как нельзя кстати оказался в нашем космопорту. И как долго я буду пользоваться гостеприимством Эренсии, пока неизвестно.

Папа учил, что в сфере бизнеса нет и не может быть друзей, что там каждый сам за себя. И каждый отстаивает исключительно свои интересы. Полагаться можно только на себя, ну и еще на семью. Все остальные — твои потенциальные противники и конкуренты. Это была его основная заповедь в бизнесе, это он накрепко вбил мне в голову. Наверное, именно поэтому мне было так тяжело довериться эренсийке. Она была для меня чужачкой. Я видела ее всего лишь второй раз в жизни, и оба раза по видеосвязи. Но и врать я тоже не рискнула. Эренсийка оказалась слишком умной для жительницы закрытой планеты. Хотя, что я могу знать о том, какими бывают те, кому ограничен выход в космос?

Тяжелее всего оказалось начать. Мне было до ужаса стыдно признаваться, что мне изменил жених. И что я его застала на горячем. Но как обойти это щекотливый момент, если он оказался именно той ниточкой, за которой потянулись остальные события? Да никак…

— Случилось так… Почти сразу после нашего разговора я нечаянно поймала своего жениха на измене. У нас свадьба должна была состояться через две недели. И вот… Он настолько обнаглел, что… Сделал это в собственном кабинете, с собственной помощницей. Но не это самое главное. Из подслушанного разговора я узнала, что для Дина я — всего лишь инструмент для захвата власти на фирме. Что после свадьбы он собирался постепенно от меня избавиться и распоряжаться «Раем» единолично.

Я говорила медленно и с запинками. Поэтому Алиарне не составило труда вклиниться в мою сумбурную речь:

— И что ты сделала?

Я слегка покраснела, вспомнив, как поступила с Амели. Вот только сожалений по этому поводу у меня не было.

— Уволила его мерзавку и устроила так, что она не сможет найти себе приличную работу на хорошей фирме. А Дину… — У меня на мгновение перехватило горло. А потом вдруг нахлынуло такое желание хоть с кем-то поделиться своей болью, что слова полились из меня сплошным потоком: — Я ведь сблизилась с ним после смерти папы, последнего моего близкого родственника. Я осталась совсем одна. И Дин меня сильно поддерживал и помогал, окружил комфортом. Он попросту приучил меня к себе. Когда он сделал мне предложение, я вообще ни на секунду не задумывалась. Сочла, что и дальше мне будет так же хорошо и комфортно идти с ним по жизни. И промахнулась… Дину не я нужна была. А то, что у меня есть. Ну вот… — Я судорожно втянула носом воздух. Воспоминания причиняли почти физическую боль. Больно чувствовать себя отвергнутой. Но еще больнее — обманутой и ненужной. — К моему стыду, я до вчерашнего дня уже успела дать Дину гораздо больше власти на фирме, чем предусмотрено в рамках его должности. Узнав истинное положение дел, я все, что не предусмотрено должностной инструкцией, у бывшего жениха отняла. И сразу началась цепная реакция. Самое отвратительное — был испорчен шаблон контракта, который мы с вами должны были сегодня подписать. Его готовили мы с Дином. И официально последней его видела я. Меня просто насторожила реакция бывшего в разговоре. Я полезла проверить, и ошалела: текст был подправлен так, что максимум через шесть месяцев «Рай» мне бы уже не принадлежал. А вместе с ним и контракт с вами.

От этих слов лицо Алиарны приобрело жесткое, хищное выражение:

— А у кого вообще был допуск к документу?

Я вздохнула:

— Когда стало понятно, что дело идет к заключению договора на долгосрочное сотрудничество, я, в целях повышения безопасности, оставила допуск к матрице только себе и Дину. И когда вчера правила текст и вычищала из него все «сюрпризы», извне кто-то очень настойчиво пытался в него проникнуть.

Алиарна задумчиво покачала головой:

— Нехорошо…

— Да я и не говорю, что хорошо.

— Не в этом дело, девочка. Попытки проникнуть на нашу планету, захватить власть, отобрать шелка делаются уже давно. И «почерк», прослеживающийся в этой диверсии, мне кое-кого напоминает. Это ты хорошо придумала, что решила на время укрыться у нас. Я сейчас дам своим людям команду все проверить, но, думаю, не ошибусь, если уже сейчас скажу, что ты в очень большой опасности. Я проинструктирую Орумса, чтобы он слегка скорректировал курс. Длительный гиперпрыжок не слишком хорошо отражается на самочувствии, зато меньше шансов попасть в неприятности. Чем быстрее вы окажетесь на планете, тем лучше. А по поводу контракта не переживай — мы от своих слов не отказываемся. «Шелковый рай» нужен Эренсии не меньше, чем наши шелка твоей фирме. Моя планета крайне нуждается во внешнем источнике дохода. Да и возможность расширить производство и создать дополнительные рабочие места на самой планете тоже не помешает.

Признание эренсийки несколько ошарашило. И я рискнула полюбопытствовать:

— Но тогда почему вы раньше ни с кем не заключили договор о партнерстве? Уверена, любая фирма с радостью бы выделила сотрудника-женщину, чтобы вам было комфортно общаться.

Алиарна тонко и грустно улыбнулась:

— Вопрос не в комфорте общения. Вопрос в том, что руководитель-мужчина, даже если вначале и будет относиться к Эренсии, как к равному партнеру, то с течением времени все равно перестанет воспринимать нас всерьез. А то и попробует подмять под себя. Ты думаешь, мы не пытались? Или я не в курсе, как про нас говорят?

Я смутилась. Когда на горизонте только замаячила возможность заключить договор с Эренсией и расширить ассортимент «Шелкового рая», я ознакомилась со всей доступной в сети информацией по предполагаемому партнеру. И была в курсе того, что Эренсию называли «планетой чокнутых баб».

Губы эренсийки раздвинула грустная улыбка:

— Мы нужны друг другу, Энжелин. Ты воспитана совершенно в другом мире, у тебя другие взгляды на жизнь, но ты все равно остаешься женщиной. И способна нас понять. Ты сможешь нам помочь. Отдыхай пока и не волнуйся ни о чем. О делах поговорим потом. Когда прилетишь и отдохнешь. Я сейчас проинструктирую Орумса. Не волнуйся, все будет хорошо.

Нажатием кнопки я ликвидировала стены и попрощалась с Алиарной до встречи на Эренсии. Женщина потребовала позвать капитана Орумса, а я поплелась в каюту в сопровождении того же эренсийца, который вел меня сюда. Голова пухла от предположений. Наверное, я что-то не так поняла, или сказывается разница менталитетов. Но мне показалось, что Алиарна вкладывает в подписание договора о сотрудничестве несколько иной смысл, чем просто партнерство в бизнесе.

??????????????????????????

Могло ли быть так, что эренсийка через «Шелковый рай» пытается выйти на межпланетный рынок? Эренсийские шелка высоко ценятся во всех мирах. Только шелкопряд, который водится на этой планете, способен воспроизводить совершенно особую нить. От совершенно обычных и повсеместно распространенных красителей эта ниточка приобретает совершенно новые и неповторимые оттенки. Сколько не экспериментировали химики, воспроизвести такой цвет, да и такую нить у них не получилось — тонкую, как туманная дымка, прочную, что стальной канат. И невероятно приятную на ощупь. А еще эренсийский шелк невозможно было испортить кроем. Как бы ты не раскроил эту ткань, готовое изделие все равно идеально сядет на любую фигуру. Настолько пластичной и текучей была эта ткань.