— Теперь это… не важно… я мечтал… стать твоим… но понимаю… мне нет места… в твоей жизни…

Резко отвернулся в сторону Кристиан. Но я успела заметить жалость на его лице. В поле зрения появились Мирайя и Лежиная. Первая смотрела хмуро. Вторая — с настороженным любопытством. Словно кумушка-сплетница, а не член Совета.

Решение созрело внезапно. Я дотянулась и взяла в свои руки холодеющую ладонь Кьелла:

— Я, Энжелин Дэвис эр Дори, беру тебя, Кьелл, своим третьим мужем в присутствии членов Совета и других свидетелей. Как и положено законом Эренсии.

В голубых глазах парня вспыхнуло радостное недоверие. А потом на обескровленных, почти прозрачных губах расцвела самая настоящая улыбка счастья:

— Моя госпожа… я весь твой…

Кьелл не смог закончить фразу. Внезапно его тело сотряс жуткий кашель. На губах выступила алая пена. А потом сведенное судорогой тело дернулось и застыло. Только голубые глаза невидяще смотрели в небо.

Долгое звенящее мгновение над нами висела ничем не прерываемая тишина. А потом меня осторожно обняли руки Марка:

— Ты молодец, Лина, все правильно сделала. Он мечтал стать твоим мужем, зная, что этого никогда не будет, и надеялся хотя бы попасть к тебе в гарем. Ты осуществила его самую заветную мечту. Кьелл умер счастливым.

Хмыкнула и присела рядом Мирайя. Осторожно закрыла навеки ослепшие голубые глаза.

— Нда… Наворотили дел твои соотечественники.

Я сморгнула с глаз набежавшую влагу. Душу разрывало на части от боли.

— Жалеешь, что я вообще прилетела на Эренсию?

Мирайя скривилась:

— Не говори ерунды! Это же не ты уничтожила целый род, не ты наворотила бед на планете. Дать бы тебе подзатыльник, чтобы думала в следующий раз, что болтаешь, да ты его попросту не выдержишь. — Мирайя вздохнула. — Мда… Прости, Лина, но женщину я в любом случае не отпущу. За все, что она натворила, ей дорога одна — в каменоломни. Отрабатывать ущерб, что она причинила планете.

Я осторожно пожала плечами:

— Хоть обоих на ремни порежь и на тросы пусти. Мне все равно.

Мирайя снова вздохнула:

— Обоих не выйдет. Мужчина, по сути, чист. Я могу его помариновать за попытку убийства, но, когда правительство Земли потребует его выдать, мне придется его отдать. Аргументировать каторгу нечем. Максимум, могу выставить протест.

Я скривилась:

— Да кто его там будет искать! У него же ума хватило улететь с Земли тайком ото всех. Да и родственников, как я понимаю, там не осталось. Дядя мертв, мать тут, рядом с ним. Так что можешь пускать его на ремни.

— Хмм… — Мирайя задумчиво потерла подбородок.

В этот момент подоспели медики. Разговор пришлось прервать. Меня, наскоро осмотрев на предмет ран, сунули в какое-то пыточное приспособление и споро потащили в медицинский мобиль. Марк снова забрал мой комм и связался с Алиарной. Кристиан просто шел рядом со мной. И тут завопила Лежиная:

— Стойте! Пару секунд, пожалуйста! Я кое-что спрошу у Энжелин!

Все замерли. Какой бы вздорной не была толстуха, но она являлась действующим членом Совета. От такой просто так не отмахнешься.

Лежиная торопливо приблизилась ко мне и пытливо заглянула мне в лицо:

— Лина, я правильно поняла, что этого парня никто на Земле искать не будет?

Я пожала плечами:

— Даже если и будут, то точно не тут. Он же шифровался, чтобы никто не узнал и не догадался, что он отправился на Эренсию добывать себе богатство. Жаль, что его никак нельзя наказать за всю его дурость.

Лежиная хищно усмехнулась в ответ на мои слова:

— Можно. Я правильно понимаю, что он— твой бывший жених?

Я кивнула, не понимая куда клонит толстуха.

— Подари мне его!

Ее глаза блеснули жутким, фанатичным блеском. Меня передернуло. Я открыла рот возразить, что Дин мне не принадлежит, чтобы его дарить. И закрыла. Что-то внутри меня противилось такому ответу. Что-то требовало отмщения. За смерть Кьелла, так и не увидевшего в жизни счастья. За мою разрушенную судьбу. За весь тот ужас, что я пережила по милости этой криминальной семейки. И я решилась:

— Забирай. Но обещай, что жизнь у него будет не лучше, чем на каторге!