— Принято, Штурман. — напоследок прошипела рация, после чего Богомолов повернулся ко мне.

— Давайте, ваше сиятельство. Пора.

— Раз пора так пора. Восстаньте, воины! — пафосно заявил я и активировал ритуал. Прямо из центра фигуры потянулись сотни тонких, но заметных глазу энергетических жгутов, что сперва взмыли вверх, а потом ринулись вниз. Каждый к своей цели. Указывать что поднимать мне не требовалось — ритуал сам определял степень пригодности тела для поднятия. В том месиве, что осталось внизу, довольно сложно вычленить достаточно целые тела, стоя на стене крепости.

Один зомби за другим, начали подниматься искалеченные артиллерийским огнём зверо-мутанты. Одновременно с ними, зашевелились и те, что пострадали меньше остальных. Больше всего похожие на волков, твари трясли головами, с трудом вставали на подкашивающиеся ноги, но с каждой секундой становились всё более и более боеготовыми.

Выпусти против них обычную пехоту — потери были бы просто катастрофическими. Тут даже капитан не справится. Выживших было слишком много. Только, в отличие от ещё живых собратьев, мёртвым не требовалось время на то чтобы прийти в себя. Они сразу рванули в атаку, устроив настоящую бойню. Слабо ориентирующиеся после контузии мутанты падали жертвами мертвецов один за другим. Чтобы тут же пополнить их ряды — ритуал продолжал работать. Я и не думал его выключать. Ведь за первой волной всегда следует вторая. И если первая, это скорее разведка, то во второй волне пойдут уже основные силы. Не будь здесь меня, то к приходу второй волны, защитников осталось бы совсем мало. А может и нет. Вероятно у коменданта есть свои козыри на такой случай.

Зачистив свой участок, мои бойцы плавно перетекли на соседний. Редут был оснащён более мощными стволами, либо их было больше, но там обстановка была куда более приемлемой. Для защитников. Половину из выживших они добили пулемётным огнём, ну а остатки дорезали мои зомби.

— Гнездо, это Штурман. Первая волна отбита.

— Потери, Штурман?

— Потерь нет, Гнездо.

— Пи… А не врёшь ли ты? — невидимый собеседник аж поперхнулся и спросил не по уставу.

— Никак нет, Гнездо. Потерь среди личного состава нет.

— Принято, Штурман. Ожидайте вторую волну.

— Во второй волне пойдут звери посерьёзнее, — мрачно заметил я, — надеюсь у вас есть снаряды получше чем эти шутихи.

— Посерьёзнее, говорите? — эхом ответил капитан и задумался.

Думал он, правда, недолго. Включив рацию, он тут же принялся распоряжаться.

— Гнездо, это Штурман, требую разрешения на третий бэка.

— Штурман, это Гнездо. Нужно подтверждение от Старого.

— Ну так запросите, Гнездо!

— Принято, Штурман. Ожидайте.

— Ожидайте, млять… — в сердцах, офицер едва не расколотил прибор об бетон, но вовремя взял себя в руки. И не зря.

Видимо комендант крепости был в курсе происходящего, так что едва не погибший геройской смертью аппарат снова зашипел.

— Штурман, это Гнездо. Есть разрешение на третий бэка. Три кассеты.

— Принял, Гнездо. Всегда бы так. А то бывает и простые фугасы зажимают, сволочуги. Сколько хороших ребят из-за этого покалечилось… С тремя кассетами на ствол, конечно не навоюешь, но уже хоть что-то. — обрадованный мужчина едва ли не приплясывал на месте.

Я его радость не разделял. Ровно до того момента, пока не увидел чудо снаряды в деле. Но, я забегаю вперёд.

Вторая волна началась неожиданно. В отличие от волков, пришедшие после них медведи атаковали молча. От чего это выглядело даже страшнее, чем если бы они ревели. Трехметровые, в холке, махины неслись со скоростью внедорожника, подавляя одним своим видом. Пока по ним не стала бить артиллерия.

Воистину, боги войны были в гневе, когда создавали это оружие. Первый же снаряд попал точно в головное животное расплескав его и парочку бежавших рядом равномерно по огромной площади. В этот момент я и понял — чему так радовался Богомолов.

Второй и последующий выстрелы были не так результативны, но даже попадания в гущу стаи было достаточно, чтобы за раз выводить из строя сразу по несколько особей. Этим «везло» чуть больше. Оторванные конечности и обширные раны на телах позволяли им пожить ещё несколько мгновений. Как правило — в ужасных муках. Чтобы затем пополнить ряды моей армии — ритуал продолжал работать, хоть и жрал энергию как сволочь.

Казалось — победа близка. Снаряды рвали плоть наших врагов. Тех, что не дорвали, дорывали умертвия, тоже иной раз попадавших под дружественный огонь. Однако всё имеет свойство заканчиваться. Несмотря на всё мастерство операторов стрелковых комплексов, снаряды закончились. А враги — нет.

Ещё около полутора десятков медведей продолжали своё молчаливое движение. Неумолимое и казалось бы, неостановимое. Мои калеки смогли остановить только половину — за оставшимися они попросту не угнались. Пришлось вводить резерв из волков. Ценой потери почти всей неживой силы, они смогли остановить прорыв.

Крепости потонули в общем рёве радости. Гарнизоны праздновали сокрушительную победу. Не радовались только мы. А всё потому, что к нам прибежал старлей Холявский. И ладно бы просто прибежал поумничать — это мы пусть и с трудом, но пережили бы. Но нет. Он, пожри его гниль, был предельно собран и серьёзен.