— Ему придётся нелегко, если решит разорвать связь. Я не хотел сопротивляться. Может, я знал, что, если ты будешь часто появляться в моей жизни, я, в конце концов, сдамся. Может, именно этого я хотел, несмотря на понимание, что ты узнаешь обо мне и моём виде то, чего лучше бы тебе никогда не знать.

— Ты знаешь, что со мной твои секреты в безопасности.

Он провёл пальцами по её волосам.

— Знаю. Кстати, о секретах… Есть кое-что, о чём я тебе ещё не рассказывал. Ну, у меня не было возможности рассказать. Я узнал об этом только сегодня.

В глазах Рейни вспыхнул интерес.

— Ой? Выкладывай.

— У Селии иногда бывают… ну, я бы не назвал это предчувствиями. Это не видения — способность слишком слаба, чтобы быть такой. Но иногда она видит отрывки будущего. Некоторые из них — бессмысленные, скучные вещи. Другие немного более значимы. — Он сделал паузу. — Через некоторое время после того, как ты спасла Гюнтера, она увидела нас с тобой возле собора. Мы были не одни. С нами были маленький мальчик и две маленькие светловолосые девочки. Она не могла дать точных описаний — картинка исчезла слишком быстро, чтобы она успела запомнить какие-то детали. Но она подумала, что нам может быть интересно.

Лицо Рейни стало мягким и тёплым.

— Почему она не упомянула об этом раньше?

— На тот момент мы с тобой ещё не были полностью преданы друг другу. Она не хотела влиять на наши решения. Некоторым некомфортно от мысли, что помимо того, что мы предназначены друг другу, кое-что неизбежно.

Она беспокоилась, что кто-то из нас может испугаться и разорвать отношения. Но я бы не стал. И не думаю, что ты бы тоже. Я бы не позволил. Мы с тобой были обречены. Я слишком долго этого не понимал. Но теперь, когда понял, я никогда тебя не отпущу.

— Я никуда не собираюсь уходить. Мы заключили новую сделку, помнишь?

Он кивнул.

— Да.

На её лице появилась широкая улыбка.

— Мальчик и две девочки, да?

— Тебя это устраивает?

— О да. А тебя?

— Честно говоря, я никогда особо не задумывался о детях, пока она не рассказала о своём видении. Но да, я не против. — Он хотел было добавить, как хорошо она ладит с Ашером, но тут получил короткое телепатическое сообщение, которое заставило его мысленно вздохнуть.

Она наморщила лоб.

— Что-то не так?

— Гектор. Он поймал твоего отца и его братьев, когда те пытались вынести одно из витражных окон из собора — судя по всему, они неплохо продаются. Лахлан сказал, что отдаст мне сорок процентов прибыли. Естественно, Гектор прогнал их. И думает, что один из них, возможно, справил нужду неподалёку.

Покраснев, Рейни зажмурилась.

— Это, должно быть, Брэм. Прости. Им нет оправдания. — Она устало вздохнула, а затем её веки дрогнули и открылись. — На самом деле, я должна была догадаться, что они так поступят. Одной из первых дел, на которое меня взял отец, ограбление кладбища.

— В каком смысле ограбление кладбища?

— Он украл — или присвоил — несколько цветочных композиций, религиозные статуи, витражи в часовне, а потом даже занялся разграблением могил. Ты удивишься, узнав, сколько людей покупают трупы. Это немного тревожно.

Мэддокс провёл рукой по её спине.

— Детка, как бы мне ни нравился твой отец, не думаю, что ему стоит находиться рядом с нашими детьми без присмотра.

Она выдохнула.

— Да, наверное. Хорошая мысль.