— Знаешь, изначально я не планировал втягивать тебя в свою игру, — сказал он. — Но мои попытки подорвать авторитет Мэддокса не сработали так, как я надеялся. Даже когда он вмешался в твою жизнь. Мне пришлось прибегнуть к… другим мерам. — Он ухмыльнулся. — Кстати, как твоя сестра?

Рейни застыла.

— Это ты похитил её, и держал в плену.

— Мне нужны были те, на которых можно подумать при любых моих действиях против тебя. Твоя сестра и её анкор были очевидными кандидатами, учитывая, что они оба могли быть виновны в бойкоте, поэтому я выбрал их. Я не был до конца уверен, что кто-то из них виновен. Мне было всё равно, просто нужны были козлы отпущения. Похитить их было нужно, потому что я не мог оставить их бродить вокруг. Мэддокс проник бы в их разум и увидел, что ни один из них не был виноват во всём происходящем. Тогда он бы гораздо пристальнее присмотрелся к другим подозреваемым, таким как я.

Она прищурилась.

— Что ты имеешь в виду, говоря, что ни один из них не был ответственен за «всё», что происходило? Погоди… это ты отправил сообщения членам моей Общины, — поняла она.

Должно быть он, потому что на тот момент и Дуэйн, и Деми уже пропали… и были у Юэна.

— Да, — ответил он, и на его щеках появился румянец, значит феромон начал действовать. — Дуэйн любезно сообщил, кто в Общине недолюбливает тебя. Он по глупости решил, что я его пощажу. Было приятно перерезать горло этому нытику. Я бы и твою сестру убил, но мне нужно, чтобы она рассказала остальным, как Дуэйн держал её в плену, чтобы все поверили, что он плохой парень в этой истории.

Что ж, план не сработал, потому что многие знали, что воспоминания Деми были изменены, но Рейни решила пока не просвещать его на этот счёт.

— Поскольку у людей теперь сложилось впечатление, что он мог пойти на такую жестокость, как плен своего анкора, им будет легко предположить, что он нанял предвестника, и они не будут искать виновных в другом месте.

Рейни почувствовала, как её голова резко запрокинулась.

— Ты натравила его на мою задницу?

— Мне показалось разумным лишить тебя сил, прежде чем попытаюсь убить. Тогда я не знал, что ты обладаешь значительными способностями, но осторожность никогда не помешает. Я собирался повесить твоё убийство на Дуэйна, но кинжал не сработал. Как и в случае с Гюнтером, хотя он и был в Помутнении.

— Это ты бросил меня в мавзолее. — Ублюдок.

— Я начал действовать, как только услышал, что в клубе были носители нимба, зная, люди подумают, что тебя похитил один из них. Было бы идеально, если бы Гюнтеру удалось тебя убить.

Мэддокс был бы в такой ярости, что убил бы Гюнтера, несмотря на то, что демон был не в себе.

Из-за этого все ополчились бы против Мэддокса. Но ты пережила нападение и помогла Гюнтеру. По сути, Рейни, ты была занозой в моей заднице.

Что ж, она была не прочь ответить тем же.

— И ты использовал всё, что происходит вокруг, как ширму, за которой прятался, пока играл в свои коварные игры. И всё это потому, что хочешь править? Почему бы просто не уйти куда-нибудь ещё и не основать собственную Общину?

Юэн прикусил язык.

— Мэддокс когда-нибудь говорил, что многие из нашей Общины погибли в битве с другой Общиной потомков? — Вопрос прозвучал так непринуждённо, но в его голосе слышалась мрачная нотка. На его лбу и верхней губе выступил пот, доказывая, что феромон всё ещё действует.

— Да. — Не желая надолго отводить взгляд от Юэна, она быстро посмотрела на Кармен. Стражница по-прежнему не двигалась. И Рейни ничего не могла с этим поделать.

— Изначально Община пришла к нам с миром. Предводитель, Луис, просто хотел заполучить самых сильных демонов из и предложил оставить нас в покое, если Мэддокс и его отец, Джозеф, согласятся присоединиться. Остальных бы пощадили. Но Джозеф и Мэддокс отказались, и наш предводитель отказался их принуждать. — Лицо Юэна помрачнело, исказилось, перекосилось. — Я потерял так много — своих родителей, брата, женщину, которую собирался взять в пару, — и всё из-за того, что Джозеф и Мэддокс не хотели просто уйти. Если бы они не были такими эгоистичными ублюдками, те, кого я потерял, были бы сейчас живы.

Рейни медленно покачала головой.

— Этого бы не случилось, Юэн. Луис хотел избавиться от самых сильных, чтобы было проще уничтожить вашу Общину; он знал, что в противном случае им не хватило бы сил вас победить. Этот трюк использовался много раз. Луис вернулся бы в следующий раз и уничтожил всех. Если бы Мэддокс и его отец попытались отомстить, их бы тоже убили.

— Ты ошибаешься. Это был не обман, а искреннее предложение. Джозефу и Мэддоксу надо было лишь перейти в другую Общину. Это несложно. Люди постоянно это делают. Но они не стали, и теперь многие мертвы. Мэддокс знал, что у него есть все шансы выжить. Знал, что может стать предводителем, если наш предводитель погибнет. Вот почему он отказался уходить. И он стал предводителем, а теперь у него ещё и пара. Почему он должен получить всё, когда из-за него я остался ни с чем? — отрезал он с рычанием, его глаза были холодными и тёмными, как кремень.

— На самом деле ты никогда не хотел править, — поняла Рейни. — Ты просто хотел увидеть, как он падёт.

— И он падёт. У него нет шансов против архангела. Никаких. Мэддокс умрёт сегодня. И ты тоже. Я заберу всё, что для него важно, как он забрал у меня.

Желчь обожгла ей горло.

— Юэн…

— Я заставлю его смотреть, как ты умираешь, как я смотрел, как умирала женщина, которую я любил. А потом я буду смотреть, как умирает он. Но сначала… — Он выстрелил два раза.