— Хотел снова почувствовать себя сильным и контролировать ситуацию, — закончила Джолин. — Ему нужно было избавиться от боли и чувства утраты. Это похоже на то, как если бы абьюзер нашёл, на ком срываться — издевательство над другим не только помогает выпустить пар, но и даёт ощущение власти. Но почему Дуэйн нацелился на Рейни? Я бы предположила, что он выместил бы свой гнев на бывшей.

— По его мнению, всё из-за Рейни — если бы она не заманила его в ловушку, он бы никогда не уехал из Вегаса. По его мнению, во всём, что произошло, виновата она. — Деми повернулась к Рейни.

— Когда он узнал, что ты нашла своего анкора, так разозлился. Он знал, что ты всегда с нетерпением ждала встречи со своей психической парой. Он хотел всё испортить. Хотел запудрить тебе мозги так же, как твоё сверхъестественное обаяние запудрило его.

Рейни сглотнула.

— И тебе было наплевать.

Деми закрыла глаза.

— Извини.

— Это ни к чему, — сказал Мэддокс, не желая, чтобы она разыгрывала из себя невинную овечку и манипулировала окружающими. Он был в ярости. Деми могла бы попытаться успокоить Дуэйна, могла бы помочь ему взять себя в руки.

Могла бы уберечь сестру от переживаний. Но просто не стала утруждаться.

— Я был в твоих мыслях. Ты сожалеешь о том, что сделала, но не из-за того, как это повлияло на Рейни.

Нет, ты по-настоящему сожалеешь о том, что теперь все узнают, что ты сделала — а чего нет. Дело в тебе и твоих чувствах, а не в Рейни. По крайней мере, признай это.

Деми сверкнула на него глазами.

— Ты бы предал Рейни?

— Никогда, — без колебаний ответил Мэддокс. — Но если бы она была Дуэйном, я бы отговорил её от того, что она делает. Я бы указал на то, что её мысли запутаны и искажены. Я бы спас её от неё самой. Ты была рада позволить Дуэйну натворить дел, потому что хотела, чтобы Рейни страдала.

Деми отвела взгляд и сделала ещё один судорожный вдох. Затем открыла рот, чтобы заговорить, но внезапно обмякла и упала на матрас, закрыв глаза.

— Что с ней? — вырвалось у Эванджелин.

— Я просто усыпила её, — сказала Джолин. — Ей нужно отдохнуть, чтобы восстановиться.

Эванджелин поджала губы.

— И ты не веришь, что она не сбежит.

— Нет, не верю, — легко призналась предводитель. — А вы?

Эванджелин отвела взгляд.

— Я так зла на неё сейчас. Мне хочется встряхнуть её и накричать. Как, чёрт возьми, она могла? Боже, где я допустила ошибку, Джолин? Я думала, что я хорошая мать, не знаю, как я всё испортила…

— Ты не виновата, — уверенно заявила Джолин. — Ты её мать, так что, конечно, ты предпочла бы взять вину на себя, а не думать, что твой ребёнок мог так поступить. Но это не твоя вина, Эванджелин. И не вина Лахлана. Вы оба хорошие родители.

— Она права, мам, — вмешалась Рейни. — Вы с папой лучшие. Вы оба не подвели Деми. Она сама себя подвела. Принимала совсем неудачные решения…

— Это ещё мягко сказано, — сказал Лахлан, опередив Мэддокса.

Побывав в сознание Деми, он почувствовал тьму в ней. Эгоизм. Злобу. То, как она, казалось, не могла ясно видеть Рейни — всегда смотрела на его пару сквозь призму горечи.

— Может, ты и права, и мы её не подвели, — сказал Лахлан Рейни. — Но мы подвели тебя. Мы видели, как она завидовала, когда вы были детьми, но думали, что она перерастёт. Чёрт, мы с Брэмом ссорились, пока нам не исполнилось по двадцать с небольшим. Тем не менее, когда мы с твоей мамой заметили её ревность, попытались пресечь это в зародыше. Мы наказывали Деми, разговаривали с ней, относились к вам обоим одинаково. Когда вы были подростками, она вроде бы взяла себя в руки, но, возможно, просто научилась лучше это скрывать. Нам следовало быть более внимательными или строже с ней обращаться.

Рейни покачала головой.

— Не думаю, что вы меня подвели. Я думаю, что она действительно выросла из этого, но та история с Дуэйном много лет назад, похоже, пробудила ревность. Некоторые люди позволяют таким эмоциям поглощать себя. Она одна из них.

Мэддокс моргнул, когда разум Селии жёстко вторгался в его.

«Они здесь, Мэддокс. Кастиэль и его нимбоносцы».

«Я должна позвать тебя домой и сразу во двор, — продолжала Селия, — но не приходи. Они хотят заманить тебя в ловушку, как заманили всю нашу Общину — Кастиэль окружил монастырь силовым полем, чтобы никто не смог выбраться. Снаружи была только я, и он схватил меня, прежде чем я успела телепортироваться. Кастиэль зовёт тебя встретиться с ним лицом к лицу».

Мэддокс стиснул зубы и, заставляя себя думать, несмотря на ярость, которая охватила и его, и его демона, спросил её:

«Что насчёт собора? Его тоже в поле включили?»

«Нет», — ответила Селия.

«Хорошо. Жди». — Не колеблясь, Мэддокс телепортировал себя, Рейни и Кармен на чердак собора.

— Какого чёрта? — выпалила Рейни, быстро моргая. — Зачем мы здесь?

— Кастиэль здесь, — сказал Мэддокс, направляясь к маленькому арочному окну, зная, что никто внизу не увидит его через витражное стекло. Его демон зашипел при виде монастыря, окружённого силовым полем, которое похоже на те, что мог создавать Мэддокс, за исключением того, что потрескивало белой и золотой энергией.