Шрифт:
Предупреждение в момент внедрения увеличило бы вероятность отказа носителя. Риски признаны чрезмерными.
— Ты сама решила за меня, — сказал он. Странно было говорить «сама» о чем-то явно нечеловеческом, но иначе язык не поворачивался.
Решения принимаются исходя из цели: выживание.
Голос был спокойным, как электроника. И всё равно в нём слышалось что-то… не просто механическое. Может быть, потому что он сам вкладывал в него оттенки.
— А сегодня… — он вернулся к сцене, — это тоже ты сделала? С этой… замедленной картинкой?
Коррекция моторики. Ускорение обработки. Оптимизация траектории.
— То есть я… — он чуть усмехнулся, хотя усмешка вышла кривой, — просто твоя кукла?
Отрицание. Участие носителя — обязательно. Без вашего решения удар не был бы нанесён.
Он замолчал, переваривая.
«Без моего решения». Звучало так, будто его моральная ответственность никуда не делась.
— Ты можешь… — он сглотнул, — в следующий раз… сначала спрашивать?
Пауза была длиннее.
Времени на запрос согласия не было. Вероятность повреждения головы — высока. Риск несопоставим с этическими затруднениями.
— Этические затруднения, — повторил он. — Ты серьёзно?
Этический модуль присутствует. Настройки — базовые. Возможна адаптация под носителя.
Он не выдержал, тихо хмыкнул.
— Прекрасно, — сказал. — У меня в голове инопланетная железка с этическим модулем. Чего ещё не хватало.
Инопланетная — некорректная классификация. Происхождение: вне данной планеты. Контекст… ограничен.
— Это называется инопланетное, — устало сказал он. — Поверь, я инженер, я знаю.
Пауза.
Принято.
Он неожиданно почувствовал, как усталость накрывает всерьёз. Тело наконец начало требовать своё.
— Слушай, — сказал он, не зная, слышит ли его кто-то там «на самом деле» или это просто его мозг с ума сошёл, — если ты правда… за меня, попробуй хотя бы не ломать мою жизнь слишком быстро. Окей?
Настройка приоритетов: выживание носителя, сохранение функциональности, минимизация социальных конфликтов… по возможности.
«По возможности» прозвучало особенно.
— По возможности, — повторил он. — Ладно. На большее я и не рассчитывал.
Он перевернулся на бок, подтянул одеяло.
Где-то на границе сна и бодрствования мелькнула ещё одна мысль:
— И… — выдохнул он, — спасибо, что сбросила силу удара.
Ответ пришёл почти сразу. Без слов, просто коротким, сухим подтверждением.
Заметка: носитель проявил нежелание наносить чрезмерный ущерб. Этический модуль скорректирован.
Он не успел ни удивиться, ни подумать, что именно это означает. Сон подступил быстро, тяжело, но без кошмаров.
Впервые за долгое время он уснул, понимая, что в его голове есть кто-то ещё. Не бог, не совесть и не воображаемый друг, а вполне конкретная система с холодными приоритетами и возможностью вмешиваться.
И, несмотря на всю абсурдность ситуации, ощущение было двояким. Пугающим — и странно… спокойным. Как будто, помимо семьи, друзей и собственного упрямства, у него появился ещё один фактор, который не даст ему просто так сгореть.
Он ещё не знал, что то, что сегодня сработало в коридоре университета, через пару лет спасёт ему жизнь в местах, где не будет ни декана, ни мамы, ни возможности договориться.
Пока что это была просто первая драка, в которой его руки двигались так, как будто ими кто-то подсказал.
И выпускной, который навсегда запомнится не только дипломом, но и чужим спокойным голосом в голове, говорящим:
«Сместись. Уклон. Удар. Снизь силу».
Глава 8
Утро после выпускного встретило его не будильником, а тишиной.
Никто не орал в коридоре, никто не хлопал дверями, из-за стен не доносились ни реп, ни истерический смех. Общага как будто решила дать выпускникам маленькую отсрочку от привычного дурдома.
Артём открыл глаза не сразу. Сначала просто лежал, ощущая тело: лёгкая ноющая усталость в плечах, тяжесть в ногах, сухость во рту. Голова, вопреки ожиданиям, была ясной. Ни похмелья, ни мутной ваты. Он вчера почти не пил, и организм отблагодарил его за это.
Он уставился в потолок. Пара трещин, знакомые потёки от прошлогоднего ремонта. Ничего особенного. Но сегодня в этой стандартной общажной серости было что-то другое.
Знание.
Не туманное предположение, не странное ощущение, а чёткое сознание: он не один в своей голове.