— Вы, вероятно, заметили, что я люблю смотреть на океан, наблюдать за ним, поэтому я и вечером, и после наступления сумерек находился на палубе, — увидев недовольное и немного скептическое лицо капитана, поспешил добавить: — От матросов ваших я прятался, поэтому и остался на палубе. Потом я увидел, как один человек двигается куда-то, и что-то…

— Ты видишь в темноте? — перебила меня мать.

Эта бесцеремонность почему-то вывела меня из себя. Я не возмущался, не гневался, не испытывал ярости, а оставался абсолютно спокойным, но выведенным из себя. Сам по себе не конфликтный и никогда ранее не позволил бы себе такое, но сейчас, видя ее крайне негативное отношение ко мне, язвительно сказал:

— Вас, аристократов, наверное, не учат вежливости, что перебивать говорящего, даже, если он простолюдин, невежливо? Более того, вы должны подавать пример таким людям.

Я увидел, как на девичьем лице появились признаки гнева, глаза сверкнули яростью, но женщина сдержалась. Кто-то в коридоре дернулся, но я лишь чуть повернулся, чтобы видеть его. Но на этом все и закончилось.

— Продолжай, — спокойно произнес все тот же маг.

— Я могу видеть в темноте. Конечно, не как днем, но различить движущуюся тень могу. Вот и заметил человека. Что-то мне в нем не понравилось, поэтому решил проследить за ним. Он какой-то магией убил стражника у входа и вошел внутрь, а я двинулся за ним, так как с хорошими намерениями так не ходят. Думал, что он меня не видит, но внутри он ударил меня ножом, а потом еще чем-то, что я отлетел к стене. Там ударился головой и потерял сознание.

— Как он убил стражника? Видел что-нибудь?

— Да, он выпустил из руки что-то темное или черное. Я и так видел не очень хорошо, но различил что-то очень темное. Ну, вы должны знать, что это за заклинание, так как от стражника ничего не осталось.

— А внутри, когда вошел, видел кого-то еще?

— Нет, только тот человек.

Затем этот маг начал задавать уточняющие вопросы. Но я уже и так все рассказал, почти ничего не утаивая. Неправдой было только то, что я видел в темноте очень хорошо, а остальное — правда. Я прятался от матросов? Прятался, а как это было неважно. И так во всем. Впрочем, расспрашивал он недолго, а когда заявил, что у него вопросов нет, я спросил:

— Я могу идти к себе в каюту? И когда мне отдадут мои вещи?

Гнома хотела что-то сказать, но капитан опередил ее.

— Можешь идти, а вещи тебе принесут.

Под возмущенный и откровенно ненавистный взгляд гномы я покинул, действительно, тюремное помещение. Возвращаясь, все время проклинал себя, что решил двинуться за этим мужиком. И какой черт меня дернул? Пусть бы лучше поубивал там всех и делов. Правда, девчонку все-таки жалко было бы.

Вернулся к себе и лег, дожидаясь своих вещей. Принесли, но без моего любимого оружия. Первой мыслю было: «Украли!». Но потом понял всю несуразность этого — кому нужен кусок металла? Закатился он куда-то, поэтому надо поскорее его найти, а то выбросят. Когда подумал об этом, почему-то захотелось еще скорее найти — сроднился с ним что ли? Хотел уже идти, как вспомнил, что сегодня вечером должны приплыть, поэтому это дело можно сделать, когда гномы покинут корабль. В дверь постучали и после моего «Входите», вошла женщина, заявив, что она целительница и пришла мне помочь. Она появилась очень кстати, так как рана не хотела заживать. Сняв с себя одежду, с интересом наблюдал за ее действиями. «Ага, значит, от лечебных заклинаний обдает холодком», — подумал я. Рана, в самом деле, болеть почти перестала, но отблагодарить женщину я не успел — до нашего слуха донесся рев сирены.

— Да чтоб его…

Она не договорила кого там «чтоб», быстро замолчала, бросив на меня взгляд. Выходила она почти бегом, так что и дураку стало бы понятно, что произошло какое-нибудь чрезвычайное происшествие. Теперь и я направился на палубу.

Там была суета, но это мне показалось на первый взгляд. Немного понаблюдав, я изменил мнение — народ готовился к бою. Начал оглядываться сначала в воздух, ожидая либо птеродактиля, либо летающего спрута, но никого не увидев, перевел взгляд на воду. Но и там тоже все было тихо. Направился к какому-то мужчине, стоявшему недалеко от меня и глядящему на море, что бы спросить его, как судно ощутимо качнуло.

— Началось, — напряженно произнес мужчина, рядом с которым я остановился.

И тут последовал удар в борт. Да еще какой! Дрожь судна почувствовали все, а сразу же за ним оно качнулось. Я даже представить не могу, какого размера должно быть морское чудовище, чтобы это изделие гномов качнуть. В это время я обратил внимание, что на палубе находятся и гномы: и мать, и ее дочь в окружении охраны. В голове моментально мелькнула мысль, что лучшего момента для того, чтобы поискать свое оружие, может не быть. Я отошел назад, напевая про себя песенку.

У входа никого не оказалось, поэтому я беспрепятственно вошел внутрь. Сориентировавшись, куда меня должно отбросить после удара, я посмотрел в ту сторону. «Странно», — подумал я. — «Лежит на видном месте, а его никто не увидел. Ну, мне же лучше». Подобрав его, я почувствовал уверенность, словно получил в руки меч-кладенец. Даже показалось, что металл стал чуть-чуть теплее. Когда выходил, корабль снова качнуло, потом произошло что-то непонятное. Даже не могу сказать, на что оно походило. Наверное, если под водой даст гудок локомотив. И тут…

— Н-да-а-а, — тихонько пробормотал я. — «Пираты карибского моря отдыхают».

Это, в самом деле, оказался спрут, но какой! Во-первых, он был крупнее, чем из кинофильма; во-вторых, его щупальца были покрыты то ли чешуей, то ли металлом; в-третьих, часть щупалец метнула в корабль, скорее всего, ледяные дротики; в-четвертых, остальная часть какие-то шипы. Но испугаться я не успел — сработала магия корабля, насколько я понимаю, руны гномов, которыми был разрисован он весь. У меня еще мелькнула в голове мысль, что создатели этих существ питали определенную симпатию к этим морским жителям, раз создали и летающий его аналог. Снова произошла атака. Вот только на этот раз свечение гномьих рун было заметно ниже. Наверняка, энергия заканчивается. А после этого был нанесен удар по кракену.