Когда солнце поднялось и пригрело очень хорошо, я произнес:

— Ты спишь еще?

— Уже нет, — раздался сзади звонкий голосок.

— Тише, — шикнул я на нее. — Я сейчас тебя освобожу, но будет больно. Сам так освободился от ошейника. Ты не в курсе, на каком расстоянии маг может найти тебя по нему?

— Этот, который у охотников за головами, где-то километров десять, может быть, двенадцать. А тот, кому они хотели продать меня, боюсь, что на очень большом, даже предположить не могу.

— Ладно, какое-то время у нас есть. Ты приготовься, — и я замолчал, так как меня посетила одна идея. — Выходи на солнце. Кстати, мое имя Ботан.

— Милайна.

— А почему имя не эльфийское? — на автомате спросил я, и только потом понял свою ошибку — она ведь не чистокровная эльфийка.

— Папа хотел, чтобы меня так назвали. На древнем языке уйнари оно означает «единственная».

Пока она вылезала, я достал свою лупу и неизменное оружие. Приказав ей сесть, я просунул прут под ее ошейник, так чтобы девочка смогла дышать, и начал его пережигать. Ничего — немного помучается, зато никаких ожогов не получит. Сейчас я сделал все быстро, и она с облегчением вздохнула. А вот с браслетами пришлось повозиться, и прилегай они плотнее, то пришлось бы пережигать прямо на руке. Поначалу она очень скептически отнеслась к моему способу, утверждая, что такие магические рабские оковы защищены от любых воздействий. Я сказал, что это не магия, но девочка все равно утверждала, что это невозможно. Зато я наслаждался ее огромными от изумления глазами, когда все получилось.

— Вот так вот, — в конце сказал я и голосом нашей учительницы по алгебре и геометрии добавил: — Подрастешь, станешь умнее и осознаешь свою ошибку. Десять лет это еще очень мало.

— Что??? Сам ты младенец! Мне уже пятнадцать скоро будет!

— Чего? — теперь я изумился.

— Тебя бы голодом морили и пить не давали, я бы посмотрела на тебя, — мгновенно остыв, буркнула она.

Я забросил ее бывшие «украшения» в воду, достал две булочки и, протянув одну ей, сказал:

— Давай уйдем отсюда, а то мало ли что.

Идти в город Милайна отказалась наотрез, мне тоже там пока делать нечего, окромя как купить еду, поэтому отошли на несколько километров вдоль реки. Разговорились, рассказали друг другу немножко о себе. Точнее, я совсем немного, а девушка значительно больше — вероятно, ей необходимо было выговориться кому-то, вот и нашла его в моем лице. Затем она попросила показать ей мое любимое и такое надежное оружие.

— Держи, — я передал ей свой металлический прут.

Она его чуть ли не облизывала, даже делала какие-то пассы руками, а на мой вопрос ответила, что сотворила «специальное тестовое заклинание». Разочарованно и словами «ничего не понимаю» она отдала мне его. Затем снова начала утверждать, что я не мог своим увеличительным стеклом пережечь оковы, так как такие вещи защищаются от любых воздействий. А уровень этого артефакта был такой, что только опытный маг по магическому конструированию смог бы снять его так быстро и безболезненно. Еще бывает так, что магически активные вещи, предметы или вообще камни с палками вытягивают всю энергию. Правда добавила, что для ее «украшения» этот прут должен обладать просто очень мощной магической активностью. Девушка снова задумалась, затем начала внимательно осматривать меня.

— А ты что собираешься делать дальше? — наконец-то, задала она вопрос.

— Пойду к вам в город Фариэнн учиться магии.

Я не видел смысла скрывать свои намерения от нее. Более того, вдруг она подскажет, что и как мне лучше сделать. Но она тут же назвала мне сумму, необходимую для учебы и спросила меня о ее наличии.

— Нет, — ответил ей, — я буду ходить в вашу библиотеку, которую открыл почтенный Мальдир, и буду учиться в ней по книгам. Знаю, что ты хочешь сказать, — своей фразой я остановил набравшую полную грудь воздуха девушку, вероятно, желавшею сказать мне, что я ничему не научусь. — Но я уверен в себе.

Она, выдохнув, ничего не сказала, а только покачала головой то ли одобрительно, то ли отрицательно или вообще типа «ай-ай-ай». Я не понял. Естественно спросил у нее про ее дальнейшие действия.

— Отомстить! — процедила-прошипела девушка.

Все с ней понятно и отговаривать бесполезно. Жаль, что она решила посвятить мести если не всю оставшуюся жизнь, то изрядную ее часть. Жить ради мести это, как минимум, глупо. Об этом я и попытался ей рассказать, но девушка даже слышать не захотела. Мне стало ее очень жаль, ведь понравилась сильно, но отговаривать и, тем более, помогать ей я не буду. Достаточно того, что я просто высказал свое мнение об этом. Для поддержания разговора спросил о местонахождении городов демонов, а то в свое время не стал спрашивать гнома, а теперь вот почему-то решил.

— А ты что, хочешь найти эту свою демонессу? — чуть ли не подскочив, спросила девушка и посмотрела на меня странным взглядом.

— Да я просто так спросил, — отмахнулся от нее, — Литтанна то осталась там, на юге.

— Может быть, но их вскоре должны найти представители клана демонов и пригласить к себе. Их в этом мире мало, и они знают, что случилось с уйнари, поэтому, как только узнают, что где-то живет кто-то из них, то всегда находят и приглашают в свой клан. Если он раб, то выкупают или освобождают любыми другими способами.

Мы продолжили разговор, перейдя на тему жизни в эльфийских кланах. Девушка подробно рассказывала о жизни там, а я понял, что интриги там процветают. Пусть это касается эльфийской аристократии, но простым эльфам и людям, там живущим, тоже достается. Подтвердила слова гномов, что с эльфами при заключении контракта необходимо очень внимательно изучать его. Еще сказала, что устные договоренности соблюдают все, но в этом случае о чем-то существенном эльфы никогда не договариваются. Два раза девушка переключалась на мои взаимоотношения с демонессой, и я честно ответил, что хотел бы встретиться. Я уже понял, что ошейник у меня был для того, чтобы их «кухарка» не сбежала, а первый раз его активировали, чтобы знал, что это не безделушка. Так что, в принципе, сейчас я бы с удовольствием встретился с Литтанной, особенно, если она продолжит свои домогательства в отношении меня. Даже частенько жалею, что не ответил тогда на них — глядишь, и стал бы «настоящим мужиком», который переспал (только вдумайтесь!) с демонессой. На Земле я был бы супер-пупер героем. И после каждого моего ответа девушка награждала меня нечитаемым взглядом. Правда, надо честно признаться, что я вообще не умею их различать. Что-то из разряда сильного восхищения, изумления или неприязни легко, но вот такие, как у нее, нет.