Кэти, прежде чем успела что-либо сообразить, подставила бегущему ножку. Санитар растянулся на полу, а Аркин, осознав, что сделала, отпрыгнула назад. Солдаты окружили упавшего, быстро сцепили ему пластиковой стяжкой руки и, подпихивая в спину, увели.

— Отлично сработано, — сказал Аркин сержант. — Но в следующий раз просто убирайтесь с дороги к черту.

Весь ночной рынок был взбудоражен, и на некоторое время вся работа остановилась. Кто-то сказал, что система наблюдения сопоставила шаг санитара с походкой одного из нападавших, которые стреляли в подполковника, и, конечно же, проверка его квартиры на наличие взрывчатки выявила следы взрывчатых веществ. На ночном рынке, разумеется, было полно камер, и некоторые из них подключались к ASIC коалиции, где искусственный интеллект вел бессонное наблюдение за подозрительными движениями. Секция солдат, сопровождавшая подполковника, когда на нее напали, смогла записать, как нападавшие убегали, а затем замедлили шаг через несколько кварталов, прежде чем исчезнуть на большой рыночной площади. Камеры коалиции, настроенные на походку атаковавших, с тех пор постоянно следили за ними.

Опознание вызвало новый переполох, когда следователи из ASIC начали перерывать ночной рынок в поисках жучков. Присутствие врага в самом центре гуманитарной операции многое объясняло — в частности, откуда врагу стало известно, что команда Аркин знает о прионе. Эта утечка информации не лучшим образом отразилась на самой Аркин, и, несмотря на свой импровизированный героизм, следующие несколько часов она сидела и отвечала на вопросы.

Когда она вернулась нетвердым шагом к своему столу, было уже почти темно. Всю ее энергию и желание работать высосали послеполуденные события, и она намеревалась просто выключить хроматограф и прибрать образцы, прежде чем отправиться в столовую. Потянувшись пальцами к выключателю, она взглянула на экран монитора рядом с прибором и остановилась.

В этом образце присутствовал прион.

Она проверила, затем перепроверила. Наконец, она села и отвела душу в ругательстве. Невесть как, но таки на пути от кладовой до тарелки прион появился.

Аркин забыла о послеобеденных треволнениях, забыла, как она устала, и забыла, что голодна. Она вызвала ASIC, свою команду, разбудила все ИИ и сделала несколько международных звонков. Воодушевленная вновь обретенным оптимизмом, Аркин теперь чувствовала, что сможет проследовать за Новой Потницей до самого ее источника.

К совещанию, описанному в этой главе, привлечены старший сотрудник из штата канадского министерства, другие высокоуровневые представители зарубежных государств, официальные лица Урлии и тактический командующий офицер CHERT — среди прочих. Какие преимущества и недостатки сулит подобного рода уплощение существующей иерархической структуры?

В этом повествовании Министерство национальной обороны (DND[DND]) трансформировалось во много больший федеральный департамент. Какие возникают преимущества, недостатки, риски в результате комбинирования и интеграции многих канадских правительственных департаментов (DND, DFAIT[DFAIT], департамент Общественной безопасности) в единую организацию Обороны, Дипломатии, Развития и Безопасности, условно называемую в рамках повествования Департаментом национальной и международной безопасности?

Концепция укрепления доверия с партнерами по обороне и безопасности в рамках комплексного подхода подразумевает принятие определенной доли риска. Один из примеров такого риска включает операционную безопасность (opSEC).(пер.13) Как может поддерживаться opSEC в будущем с учетом того, что CF[CF] будут еще теснее связаны и плотнее взаимодействовать с множеством внешних партнеров? Какого сорта руководящие принципы или процедуры могут помочь военнослужащему сбалансировать концепцию «необходимо знать», являющуюся основной для opSEC, с концепцией «необходимо поделиться», которая так важна для комплексного подхода? Как можно поддерживать и развивать солидарность между различными заинтересованными сторонами?

В этой главе была подробно описана природа сложности урлийской социальной и политической структуры, что говорит о том, что упрощенческий подход к решению проблемы будет неэффективным. Предполагается, однако, что экспоненциальный рост вычислительных мощностей и аналитики данных к 2040 году позволит осмысливать сложные социальные системы «на лету», персонифицируя информацию и намерения множества действующих лиц посредством моделирования. В этом контексте рассмотрите важность анализа внушительного массива данных, генерируемых огромным количеством датчиков. Какие трудности могут возникнуть при управлении информацией, и какие системы и структуры потребуются для обеспечения этой возможности?

Сложность ситуации в Урлии описывается как превышающая предел, с которым может справиться процесс принятия решений человеком, не имеющим дополняющей его интеллект поддержки. В сценарии, однако, для характеристики и понимания сложности были использованы масштабные симуляции. Должны ли CF разрабатывать и поддерживать способность самостоятельно использовать такие инструменты моделирования и симуляции — или просто сотрудничать с организацией, предлагающей такие услуги? Как это отразится на людях-аналитиках? Могут ли эти компьютеризированные возможности привести к устареванию (до некоторой степени) профессии людей-аналитиков? Как это может повлиять на более широкое человеческое измерение и развитие доверия между людьми? Какую роль в этом контексте должна играть человеческая разведка (HUMINT, human intelligence)?

В гипотетическом мире будущего, изображенном в этом сценарии, где широко распространена клептократия и процветает организованная преступность, будет ли разумно доверять информации, предоставляемой странами и организациями, которые их обслуживают? Какие меры — технические и/или процедурные — могут потребоваться для обеспечения легитимности и надежности источников информации?

Может ли существование виртуальных наций (таких как Аэфория в урлианском повествовании) вызвать столкновение или конфликт с правительствами в невиртуальном мире? (Смогла ли бы Патриотическая партия, изображенная в этом сценарии, быть примером такого конфликта?)